Голова как будто не моя, я не помню кто я, но знаю, что те дети мои и знаю имя каждого. Я не помню где я нахожусь, но чётко знаю, что и где лежит, наверное - это всё-таки мой дом. Видимо мне досталось очень сильно, что часть мозга отключилась. Ещё бы вспомнить того, кто сделал это со мной, дети говорили, что это их отец, но я не помню этого человека, только страх перед ним. Всё тело болит, а в голове снова ночные воспоминания, красивый мужчина, его глаза, в которых пляшут огоньки, его образ никак не уходит из моих воспоминаний. И в душе какая-то тоска, чувство потери.
Глава 16
Горм
- Ангелочек! – падаю на колени, перед распластанным на полу телом женщины.
- Не смей показываться, напугаешь детей! – предупреждает меня Рей, который постоянно рядом. – Она жива, всё будет хорошо.
- Мой ангел в этом теле, будет хорошо, когда я вытащу её из этого заточения.
- Боюсь это будет сложно. Лута оказалась там по своей воле, теперь она человек.
- Нет! Она не могла так поступить со мной!
Всю ночь простоял у кровати, где спали дети и Лута (то есть женщина, мать этих детей). Сначала думал, что придушу каждого, потому что они кричали так, что уши закладывало. Потом успокоились, перестали наматывать сопли на кулак, и как мураши начали ухаживать за матерью. Кто-то укрывал, кто-то нёс воду, а старший вообще почти всю ночь просидел рядом с ней, только под утро уснул. Рей переживал за него, пацана окутывала ненависть к отцу. Он становился лакомым кусочком для бесов.
- Она нечего не помнит! – произнёс, сидя за кухонным столом и наблюдая за своим потерянным ангелочком. Рей оторвался от подоконника и подошел к женщине (которая готовила завтрак для детей, ничего не подозревая о том, что на кухне она не одна), положил свою руку ей на голову и прикрыл глаза.
- Помнит, но человеческие воспоминания. О том, что она ангел, чётких воспоминаний нет.
- Как мне спасти её? – смотрел на женщину и чувствовал своего ангелочка.
Мать троих детей, как ни в чем не бывало продолжала готовить завтрак, помешивая молочную кашу в кастрюльке.
- Не знаю, не думаю, что это возможно, во всяком случае, пока она не вспомнит, кто она на самом деле.
- Как заставить её вспомнить?
- Горм, я не знаю!
- А что ты знаешь? – закричал я на брата. - Ты же всю жизнь прожил среди ангелов, ты должен знать все ваши …
- Хватит! – загрохотал Рей в ответ. - Нужно время. Я должен уйти, чтобы подумать.
- Иди, я останусь здесь, с ней.
Когда Рей исчез, я заговорил с Лутой.
- Это я во всём виноват, не нужно было мне касаться тебя. – смотрел на молодую мать, как она морщится от каждого движения, ей больно. – Прости меня! Из-за меня тебе больно, если бы я не спорил где нам жить, ты бы не оказалась здесь. Я не оставлю тебя, всегда буду рядом, обещаю.
Лута села на стул, и упёрлась взглядом в одну точку. Я подошел и присел перед ней на корточки, заглянул в глаза и увидел, как по её щекам текут слёзы.
- Милая моя, не плачь. – слегка коснулся её щеки, и она вздрогнула, быстро вытерла лицо. Неужели почувствовала меня. Смотрел в чужое лицо, пытаясь увидеть знакомые черты. Не успел я вымолвить слово, как всё дети вбежали в кухню.
Малыши уплетали кашу, Лута улыбалась и гладила каждого по голове. Ребята не умолкали, что-то рассказывали или спорили. Только старший из детей был не в духе, глаза его светились, когда он смотрел на мать, но душа…
Я решил не упускать мальчишку из виду, сильно он меня напрягал.
Мать тоже заметила, что с сыном происходит не ладное, пыталась поговорить с ним, сделать так, чтобы доверился, но мальчишка всё больше закрывался. Если бы Лута осталась его ангелом хранителем, образумила бы, направила мысли в правильное русло. Но будучи человеком, оказалось, сделать это было сложно.
Молодая мать, с утра отводила детей в школу и в детский сад, самый младший - Феликс, который ныл больше остальных, постоянно был рядом. Женщина бежала на работу вместе с ребёнком, а работала она в цветочном магазине. Среди цветов, Лика (именно так теперь звали мою Луту в теле этой женщины) выглядела ещё красивее. Я постоянно был рядом, стал её тенью.
Молодая мать, отработав целый день, бежала домой, на буксире с уставшим сыном, который вечно капризничал, пока ему не всунут в руки, какое-нибудь лакомство, чтобы он наконец закрыл рот (за это отдельная благодарность Лике, потому что за целый день нахождением с этим чудовищем, мне казалось, я был готов сам утопиться в адском котле. А Лика даже не обращала внимания на эти вопли, успокаивала, шутила, и продолжала ласково смотреть на этого маленького дьявола.) Так вот, эти двое забегали в магазин, и купив кое-каких продуктов, спешили домой. По дороге заходили к соседке, которая часто забирала из детского сада, среднего пацана - Дана. Лика угощала добрую соседку- старушку, чем-нибудь вкусным, и уже с двумя детьми спешила домой. Дома их ждал старший сын - Влад, который нифига не может сделать самостоятельно уроки. Уроки - это вообще отдельная тема. Во время их выполнения, мне хочется утопиться в лаве во второй раз, уже из-за старшего. Но Лика, так же стойко проходит и эти испытания. Объясняет, рассказывает, советует, при этом, ещё и ужин готовит. А вечером, когда уже хочется, чтобы эти исчадия ада замолчали и уснули, среднему сыну, просто жизненно необходима сказка на ночь, под которую я засыпаю самый первый. Когда наконец, всё мелкие «исчадия» спят, Лика закрывается в ванной, включает воду и плачет. В этот момент, мне хочется утопиться в очередной раз, потому что я не могу ей помочь, не могу успокоить.