— Держи, — парень отстранился, оставляя неловкий поцелуй на щеке. А затем дал мне эту футболку, прикрывая мое почти обнаженное тело, — прими душ. Думаю, он тебе необходим.
Мнимая забота. Я робко взяла футболку и пошла в сторону ванной. Как только я зашла, то быстро закрыла дверь. Пробудился инстинкт самосохранения. Как вовремя. Я расслабленно сняла мокрую одежду и сложила в корзину с бельём.
В корзине лежало большое количество носков и футболок. Сама ванная была поистине огромная. На полке находилось пару флаконов и бритв. Сразу видно: живёт холостяк. Я аккуратно расставила все баночки, учитываю частоту использования. Затем я разложила вещи по цветам (а их было немного: белый, серый, чёрный), чтобы парню было легче стирать.
Не хочу объяснять мотивы моих действий. Их нет, не задумываясь, я сделала это.
Приняв душ, я вытерла тело махровым полотенцем, которое было единственным, что висело в этой уютной комнате. Проблема в том, что у меня не было низа, а идти без трусиков к «ходячему сексу» я не желала. Не готова к потери девственности изнасилованием. Я аккуратно выглянула из ванной и увидела: Романовский расслабленно лежал на кровати, ловко орудуя своим телефоном. Торопливо набирая текст, Марк хмурил брови.
— Ты бы не мог дать мне какие-нибудь шорты? — тихая просьба сорвалась с уст.
Он медленно посмотрел на меня, переводя внимательный взгляд с экрана смартфона на меня. Парень сразу же приподнялся и вымученно сглотнул. Он так и жаждал стащить с меня это полотенце. Взгляд, полный желания — доказательство. Как часто меня хочет парень.
Нравлюсь ли я ему?
— Трусы? Ничего другого не могу предложить, — подойдя к комоду, стоящему недалеко от кровати, защитник ловко вынул оттуда чёрные боксеры. Увы, у меня нет вариантов.
Я растерянно подошла к нему и взяла вещь, помчавшись обратно в свою крепость. Взяв их, я покрутила в руках, рассматривая мягкую на ощупь ткань. Я одним движением натянула на себя. Футболка длинная, чуть меньше середины бёдра. На мне, несомненно, смотрится крупной. Точно на три размера, а то и на четыре больше моего. Пригладив все ещё влажные волосы, я тихо пошла к брюнету. Теперь он просто лежал на кровати, глядя в потолок. Успел сменить одежду. Мешковатые спортивные штаны с резинкой внизу. И белая футболка, подчеркивающая красивое мужское тело.
Я сглотнула.
Собрав всю волю в кулак, я присела рядом. Я сидела максимально на краю, боялась прикосновений и неловких соприкосновений.
— Не стоит бояться меня. Хоть мне и льстит это, но все же нам предстоит вместе спать.
Спать. Жаль, что это значит видеть сны, а не яростно ломать кровать.
Я точно схожу с ума.
Наверное, ему не привыкать видеть вокруг себя красивых женщин. Особенно, делить с ними кровать. Почему меня так раздражает это?
А может, потому что ты не ровно дышишь к этому куску льда?
Что за глупость?
Это так.
Шлюха.
Я аккуратно легла на край, подтягивая одеяло на подбородок. Я сжалась в клубок, опасаясь его. Но меня сразу же притянули к крепкой груди. Рука парня забралась под футболку, гладя мой живот. Я замерла, вкушая запретный плод. Незнакомые касания со стороны противоположного пола — непозволительная роскошь.
Мне нельзя было говорить с ним.
Мне нельзя было приближаться к нему.
Мне нельзя было давать касаться себя.
Мне нельзя было переступать собственную грань.
Мне нельзя было надевать его футболку.
Мне нельзя сейчас наслаждаться этими по-настоящему мужскими пальцами.
Зачем я осуждаю себя за неосторожность, но при этом делаю вид, что так и должно быть? Враги не могут лежать на одной кровати. Человек, ненавидящий кого-то, не будет обнимать его, ощущая даже физическую необходимость, и я имею в виду не привязанность на клеточном уровне, а сексуальное влечение. Если бы это было действительно так, то мы бы давно переспали. Но этого не произошло.
Сколько раз он мог воспользоваться моим положением, уложить на лопатки и закончить начатое. Но он доводил меня до экстаза, хоть и чаще бросал неудовлетворенной. Но тот факт, что наше положение было одинаковым. А я уверена, что парень всегда добивается своего. Только это означает, что он не хотел заниматься сексом со мной, даже с учетом того, что брюнет регулярно лезет мне в трусы.
Я знаю: он хочет меня. Но почему-то он никак не затащил меня в постель, хоть я всегда податлива. Самой тошно от себя.
Предрассудки убивают меня, и все же я не поддаюсь им. Постоянно думаю об одном, а делаю совсем другое. Наверное, поэтому я подчиняюсь Марку: я не могу думать и делать. У меня нет умения управлять мужчинами, заставлять поддаваться. Нет врожденного дара убеждения. Нет умения заговаривать зубы. Я не умею и не хочу быть хитрой бестией.