Фагеденическая язва, при которой скорость распада тканей резко преобладает над скоростью их восстановления.
Ликвидация всего живого. Биологическое оружие — вид оружия массового поражения.
Психологическое давление — влияние на других людей, осуществляемое с целью изменить их психологические установки, мнения, суждения и решения.
Принуждение — прямое воздействие на другого человека.
Унижение — способ морально задавить человека с помощью неприятных замечаний и высказываний насчет его внешности, характера и поступков. Ведь именно критика личных качеств задевает больше всего и негативно отражается на самооценке.
Внушение — давление на человека, после которого он становится способным воспринять абсолютно любой материал, изложенный агрессором, даже если он нелепый и противоречивый
Убеждение — рациональный способ склонить собеседника к чему-то. Инициатор приводит весомые аргументы, факты, последовательно излагает всю информацию — сложно устоять перед такими логичными доводами.
Манипуляция — это один из основных видов психологического давления на человека, который может применяться различными способами. Его отличительной особенностью является то, что агрессор старается оказать психологическое давление и получить личную выгоду за счет окружающих таким образом, что они не догадываются об истинных мотивах.
И после этого это можно считать поистине плодотворным сотрудничеством? Это несоответствующее поведение. Как будто бы хорошие взаимоотношения могли привести к чему-то быстрее, точнее, к нужным результатам. Но мы заигрались, поэтому реальная работа ушла на второй план. Нам не нужны быть телепатами, чтобы осознать, как недовольна Романовская.
Я готова ударить эту дуру. Бить её так сильно, чтобы оставить синяки. На лице. На теле.
— Владислава, надеюсь, ты понимаешь, куда не стоит лезть? — я молча кивнула и вышла.
Его глаза возникали в памяти постоянно, каждую ночь мне снились его глаза. Я не могла выносить той пытки, что сковывала меня по рукам и ногам, не давая отдышаться. Я убеждаю себя в том, что мне все равно, но каждое слово анализируется. Я могла сейчас лежать на каком-нибудь асфальте с пулей во лбу. Но мне не дали право выбора. Остается лишь не сходить с ума. Не очень получается.
Не раз я видела неодобрение. Со стороны той же самой Маргариты, что обязана была сделать из меня леди. Она часто закатывала глаза, холодно улыбаясь, указывая на безнадежность случая. Хмурила тонкие брови, слегка приподнимая одну, смотрела, будто была не человеком, а змеей. Женщина часто испепеляла взглядом, стоило позволить себе незначительный просчет. Она готова была меня сдать куда-нибудь, лишь бы не видеть девчонку, что порочит весь женский род.
Я сначала расстраивалась, а потом поняла суть её выходок. Я должна была стать лучшей, а для этого необходима закалка без того ужасного характера. Много было случаев моего неповиновения, но должна сказать, что Маргарита сделала из меня какую-никакую принцессу, приучив ко всему этому этикету.
Меня ненавидели учителя за всезнайство. Но что я могла сделать, если я осведомлена в этой теме весьма глубоко? Поднимала руку, отвечала, будто считывая с учебника. Утопая в кучи учебников и дополнительных курсов, я могла не думать об отце, который пил за стенкой. Я штрудила огромное количество материала. Изучала, разбиралась, вникала.
Засиживалась до ночи в библиотеке, собирая необходимые пособия, пока меня не выгоняли. Это было любимым увлечением — копаться в книгах, забывая о действительности. Но сейчас бы мне не помогла ни одна книга, чтобы выпутаться из оков, в которых я оказалась по собственной непредусмотрительности. Я не смогла бы спокойно читать, зная, как я требуюсь защитнику. Он вымещал на мне любую ярость. Прижимал к стене. Сжимал запястья. Насильно целовал.
Нужда во мне необъяснима. Я лишь знаю, что это — неодностороннее влечение, подкрепляемое чувством сильнейшей вражды. Калечил. Насиловал. А я все равно верно шла в руки этой машине для убийств. Закономерность.
Боже, помоги продержаться ещё немного.
Мое сердце охвачено огнём от перенапряжения. Будто бы сидела несколько дней за бумажной волокитой, не отвлекаясь на сон. Намучилась за это время. Лишь бы не в грязь лицом — единственное желание. Глаза закатывались от накатившей усталости. Подкашивались ноги.
Куда мне не стоит лезть, если вы сами окунаете меня в свои непростые отношения. Почему я становлюсь мишенью, по которой можно бить? Живой щит, ещё ни разу не выигравший. Мир в этом здании вял и скучен, что любое из школьных мероприятий казалось бы привлекательней. Веки становились свинцовыми, будто бы я выпила яд.