У меня закипала кровь от осознания того, что я играю с огнем. Я шла по краю пропасти. Мой интерес подогревался тем, что я не знала близко парня, и мне было любопытно прощупать почву, мысленно сопоставляя различные факты. Я пыталась составить психологический портрет, который смог бы объяснить мне те или иные действия со стороны Марка. Я разграничивала личный интерес и поставленные передо мной задачи.
Важно, как я воспользуюсь данной возможностью. Вадим наблюдал за новой перепалкой с необыкновенным энтузиазмом, иногда позволяя себе краткий смешок или красноречивую улыбку. Катерине же было совсем не до нас. Высоцкая кидала неоднозначные взгляды в сторону блондина.
Катя что-то сказала, но я не обратила внимания. Вадим проявлял к персоне брюнетке интерес, но не такой бурный, как она к его. Марк заметил эту связь между ними. Я видела, что он склонил голову вправо на несколько градусов. Это было наблюдение. Потом он задумчиво прищурил глаза на секунду - сделал вывод. И лицо его вернулось в привычную маску безучастия.
— Без проблем, видите вон те цели, — он указал на мишени в метрах двадцати от нас. — Вы должны попасть точно в цель, если нет, то тридцать приседаний, — проговорив, Марк насмешливо окинул меня взглядом. Но глаза были пустыми. Как и прогнившая душа.
Решил нас погонять, мы переглянулись с Катей. Я видела ее страх. Она была зациклена на том, чтобы превзойти ожидания. Это была ее единственная мотивация выполнять задания.
Мы отличались. Моя цель одна — заткнуть Марка.
Слишком он недооценивает девушек. Блондин закрыл глаза и громко засмеялся, запрокинув голову. Я слегка подняла правый уголок губ. Он уверен в нас. Я окинула взглядом мишени, прицелившись, закрыла глаза и начала стрелять. Я наслаждалась каждым нажатием на курок, словно стреляла в самолюбие Марка.
Он наблюдал за каждым движением, я чувствовала этот взгляд.
Я обожала раньше тир. Это была моя страсть - выигрывать бесполезные игрушки. И навык игры пригодился мне тут, когда стрелять надо было не по баночкам, а конкретным объектам.
Раздражали комментарии брюнета, откровенно посмеивающегося над моей дерзостью. Все пули попали точно в цели, в чем и не сомневалась. Я любовалась своим результатом. Он одобрительно кивнул. Гордость моя не знает преград.
— Мы справились, что дальше? — они явно не ожидали такого поворота. Язвительный тон. Не стоит недооценивать противников.
Глупцы, наивно считающие, что девушки — низкие существа, способные лишь на мелочные чувства, как любовь, верность. Ведь я и не сомневаюсь, что представление о противоположном поле у них сложилось из стереотипов.
Конечно, не знаю, что подумал Вадим, но думаю, что во мнении касательно женского пола, они солидарны.
Катерина, закусив губу, дрожащими руками взяла пистолет в руку. Потом откинула его, будто это самая мерзкая вещь, которую она видела. Поняла, что не справится, и признала это.
— Давайте, пройдёмся по самообороне, — брюнет пытался подловить меня. К чему ненужные проверки? Слабые места, он ищет их. Катя чувствовала себя лучше, после такого представления. Не было ни дрожи, ни сомнений. Она умела стрелять глазами, но не из оружи.. Один удар — точно в цель. Без раздумий и сожалений.
Я видела, насколько лицо брюнетки было непроницательным и до жути беспристрастным. Она ожесточилась после своего проигрыша. Самолюбие было задето тем, что я справилась, а она нет. Высоцкая не привыкла уступать. Но привычки рано или поздно надо менять.
— А с кем? — в душе я надеялась, что Вадим, хоть и знала, что я буду с Марком. Я смотрела сквозь него. Пустым, неживым взглядом.
Мне все равно на тебя.
Оказаться в паре с Марком — самоубийство. Я не в силах спокойно смотреть в ледяные глаза, хоть и, кажется, что могу. Меня пугает холод, но вызов, что он кидает, заставляет смотреть в эти глаза. И чувствовать, какая бездушная тварь сидит внутри. Я дрожала. Панический страх хищника.
— Зайка, ты не со мной, а с Вадимом, — отрезал парень. Глупое прозвище, которое он мне дал, раздражало. Это было унизительно.
Катя улыбнулась, поняв, что между нами есть негласная война. Высоцкая кивнула, чувствуя нарастающее напряжение. Я была в ярости, что он назвал меня так. Это должно оставаться между нами. Не выходить за рамки. Но никаких правил не было. Проблема.
Я внутренне рассмеялась своей наивности. Не считала себя глупой, но здесь мои надежды сразу казались напрасными. Какие взаимоотношения могли бы сложиться у нас, если бы не данные условия, объединяющие нас? В обычной жизни, он бы даже не посмотрел на меня, ведь нет модельной внешности и прекрасного тела. А Марк любит красивых. Ему другое чуждо. Мальчик привык получать лучшее. К сожалению, я таким не являлась. Но я уникальная. Он, определённо признавал это.