Назаров бы бегал за ней. И я его понимаю. Кукольное лицо Катюши прекрасно сочетается с таким мужчиной как Вадим. А может это просто развлечение, и Катя играет роль той самой куклы. Порезвиться с ней — никто не против такого. Он мог спокойно ее использовать, говоря о возвышенных чувствах. Мог вколачиваться в ее тело, шепча о симпатии к ней и какая она прекрасная. И неважно, что это сделано нарочно, дабы не было никаких абсолютно подозрений касательно его интереса к ней
Уверена, малыш Вадим делал все в лучшем виде. Этот блондин точно знал, как растопить сердце чертовой стервы. Мозги были, она хитра, но глупость все равно превалировала. Но у неё был сногсшибательный секс с обворожительным Назаровым. Это ее главное преимущество. Быть полезной, раздвигая ноги — все, что могла дать Катюша.
Но она обыграла всех.
- Ты сегодня, - прошептала я, а он замер. - Ты целовал меня.
- Моя девочка.
И все полетело нахер.
Ненависть
Владислава
Мы глупы, если считали, что хороши во лжи.
Это была ужасная ошибка. Она?
Это был твой очередной самообман.
Мы поддались инстинктивному желанию. Вспышке неожиданного возбуждения.
Ты хотела его как последняя дура. Мы просто разговаривали, это не было выяснение отношений.
Вы просто трахались через одежду. Да?
Я хотела оттолкнуть его, потому что он не мог так спокойно вторгаться в личное пространство. Нельзя близко подпускать идиотов, от которых не знаешь, что ждать в следующую минуту. Вообще нельзя подпускать кого-то близко, если сомневаешься в нем, а если сомневаешься в себе, то тем более.
Ты прижималась ближе, чтобы оставить его след. Впечатать этот запах. Запомнить вкус вишневых губ, что двигались по телу, исследуя каждый дюйм.
Каждый чертов сантиметр бархатной кожи, где оставались безобразные синяки.
Мы случайно перешли на громкие тона, потому что нам было что сказать. Мы постоянно хотели говорить, потому что всегда не могли ничего сказать.
Это испортило бы нашу ненависть.
Его стояк. Моя течка.
Мы драли глотки для фейерверка эмоций. Только он дает нам второе дыхание, потому что первое перехватило в порыве чувств.
Я не могла вынести этого. Мне хотелось смеяться, но я задыхалась от слез. Что за прием использовал этот ублюдок? Сначала подпустить так близко, что я касаюсь носом его груди, а потом толкнуть так, что мое тело рухнет, как безвольное бревно. Я тянулась к его губам, потому что он позволял. Но я не касалась их, поскольку мое место внизу. Рядом с другой грязью.
Его всегда окружала мерзкая субстанция.
Тысячи девушек вьются вокруг него, никто этого не отрицал. Он никогда мне ничего не обещал. Сотрудничество, навязанное его матерью, было вынужденной мерой. И вроде как, мы смогли обуять нашу неприязнь и переступить через себя для выполнения миссий. Но он хотел большего, или только делал вид, что хотел.
Никогда мне не передать того ужаса, который я испытывала. Меня пугала собственная реакция, превращающаяся в неконтролируемый хаос. Мне хотелось кричать, биться головой об дверь. Хотелось молчать как рыба от лёд, лишь бы он не изводил своим неясным поведением.
Жестокий манипулятор.
Милый ублюдок с манией величия. Я бы заехала ему кулаком по смазливой мордашке, чтобы стереть глупые ухмылку, портящую губы. Я мечтала поставить на место человека, отравляющего мое существование. С его непостоянством. С вечными проверками моего безумия.
Каждая выходка — уловка, на которую я ведусь. Глупая!
Только я могу попасть в такие сети сама, заранее зная исход таких кошек-мышек. Туманил разум его приход.
Его вина или моя?
Я знала, что у него есть сотни других. Сколько знакомых по имени Влада? А других имен? Их было много — я знала. Дурочек, попавших в лапы зверя. Милашек, что ложатся на лопатки перед ним, раскрывая себя. Он ведет себя с ними так, как ведет себя со мной. От этого в душе закрадывается печаль. Но я должна вычеркнуть это чувство, потому что никто никого не обнадеживал.
Обещаний или признаний не было.
А главное — не будет.
Есть факт, что я в его власти. Склоню голову перед ним, если он только скажет. И когда я стала такой дурочкой? Невозможно сдаться, когда было столько сопротивления. Но я продолжаю вестись на эти махинации.
Физический контакт, от которого электричество пробивает кончики пальцев.