Он касался меня, боже.
Молчание, царившее между нами, поменяло мое восприятие. Марк смотрел только мне в глаза. Ни на секунду мы не отвели взгляд. Шумел лишь дождь, что перешел в ливень. Одежда неприятно облегала тело. Редко с моих губ срывались вздохи.
Невыносимая пытка.
Лицо, мокрое от дождя и находившееся в нескольких миллиметрах от меня, завораживало. Волосы, спадавшие на лицо, предавали той идеальности чертам и ту неповторимость. Мои зеленые глаза прожигали его черные карие. Я не видела зрачков.
Он наклонился ко мне, даже сгорбился, я же из-за столь невысокого роста держала голову приподнятой. Пальцы правой руки, что держали мой подбородок, гладили мою щеку. Легко. Невесомо. Железная хватка на руке ослабла и теперь была на талии. Она притягивала мое тело к мужской груди, не оставляя ни сантиметра между нами. Только лица находились на том же расстоянии.
Дождь нещадно сливал как из ведра. Я промокла до нитки. Этот момент мне казался очень интимным. Все мои мысли были забиты лишь вопросом: а что дальше? Я боялась действий со стороны Макса. Взгляд был по-прежнему наполнен льдом, но это не отталкивало и не пугало. Наоборот, заставляло смотреть в глаза брюнета с восхищением и желанием.
Сейчас я была чересчур податливой, и противостоять и сопротивляться была не в силах. Глаза парня пожирали, заглядывали в душу. Я терялась и путалась в мыслях, как маленькая девочка, совершившая проступок. Уверенность и смелость, которые всегда были со мной при встречах с Романовским, испарились.
Моя шея затекла от одного положения. Ситуацию обостряли капли, стекающие по моему телу. На коже оставалось неприятное ощущение, но пошевелиться, а тем более уйти, я не могла. Я не боялась реакции, я простоне смела прерывать этот момент.
Романовский, словно пришедший в себя, аккуратно отстранился, но мы по-прежнему сохраняли зрительный контакт. Рука была на талии, но из-за того, что Макс увеличил расстояние между нами, выпрямившись, мне пришлось прогнуться в спине. Его голова до сих пор была опущена. Правой рукой Максим держал мою щеку, а большими пальцами гладил. Нежные касания сводили с ума. В блаженстве я готова прикрыть глаза.
Брюнет снова наклонился, но теперь водил носом по моей шее. С губ уже сорвался не вздох, а легкий стон. Романовский вздрогнул. Я прикрыла глаза. Мне было страшно и безумно приятно. Я дрожала. Возможно, эту дрожь заметил Макс, ведь на мгновение он снова отстранился.
— Не закрывай глаза, когда я смотрю на тебя. Никогда, — прошептал он. Горячий и тихий шепот создавали контраст с холодным и мерзким ливнем. Я шумно сглотнула и медленно открыла глаза. Я встретилась с пристальным и неоднозначным взглядом. — Не бойся меня, котенок.
Я вздрогнула. Неужели он заметил мои колебания? Медленные неторопливые движения парня заставляли загореться моему внутреннему огню. Моя неподвижность и уступчивость нравилась ему. Мою беспомощность он рассматривал одним из своих достоинств. Брюнет не был безжалостен ко мне, скорее, наоборот, он был со мной мягким. Ласковым. Понимающим. Не было ни насмешки, ни презрения.
Одежда промокла до нитки. Сильные руки Марка сжимали меня. Он наклонился еще ближе. Между нашими губами оставались лишь миллиметры. Горячее дыхание обдавало их. Я прикрыла глаза. Вновь. Ещё чуть и я коснусь их. «А ты не такая безнадежная, как я думал». Слова сами всплывают в памяти, заставляя вернуться в реальность. Отрезвил и томный взгляд Романовского. Власть. Желание. Страсть.
Я не дам ему подчинить себя.
Хитрая улыбка появилась на лице. Мы все еще опаляли дыханием губы друг друга. Я немного отодвинулась назад, давая себе возможность дышать умеренно и не ждать, затаив дыхание, его действий. Я положила на пухлые губы брюнета указательный палец. Я чуть надавила. Марк невольно увел голову назад, дальше от меня. Он желал поцеловать меня.
Мимолетное помутнение. Возможно, неожиданная смена настроения была основана, именно, на желании и искушении. Марк убрал руку от моего лица, опустив вниз, на талии она так и осталась. Я готова была возмутиться, как стала свободней дышать. Совершенно, забыла, что он придавливал меня к своей машине. Романовский закрыл машину, и мы двинулись к штабу. Моя талия так и осталась во власти брюнета. Без слов я и Марк двигались в одну сторону.
Перед входом мое тело освободилось от рук парня. Как себя вести я, увы, не знала. Я не понимала действий Марка, а еще больше я не хотела выяснять, почему он так поступал. Что им двигало в те моменты, которые сейчас казались мне возмутительными и недопустимыми.