Несомненно, девушек, как Высоцкая, было много у парня, но со мной все же интересней со мной. Его увлекает препираться со мной, хоть, может, и понимает меня только взгляда. Я вполне замкнутый человек, который вряд ли ведёт активную половую, да что там, социальную жизнь. Почему бы и не экспериментировать?
А я знаю точно — он заядлый коллекционер.
Попытавшись убрать руки, я сделала некую ошибку, обычный просчёт. Парень переплел наши пальцы, ещё больше наваливаясь на меня. Его холодные длинные пальцы сжимали мои достаточно сильно. Он точно пытается свести меня с ума. К чему бы начинать нервничать, когда я не могу выбраться из его рук? Надо придумать что-то иное, так как я вряд ли смогу оттолкнуть его спиной, учитывая разную степень физической подготовки. Нарушал мой покой всякий раз, стоило просто быть рядом.
Блять, пожалуйста, прекрати.
С другой стороны, все наши действия кажутся вполне естественным, точнее, его действия. Я сейчас напоминаю больше статую, которая не может двигаться по понятным и общепринятым причинам. Любая бы девушка отреагировала, как я, на одного из прекраснейшего представителя мужского пола, будь нужной ориентации. Как сложно отказываться от такого блаженства, учитывая, что это мои потребности.
Даже девственницы не стали бы вырываться из лап такого дьявольски прекрасного обольстителя. Каждая девушка, рано или поздно, захочет почувствовать мужское тело рядом. Некий фетиш. Может, я и отказываю себе в таком удовольствии, лишь потому, что это Романовский Марк — садист. Реакция моего тела понятна, любая бы на моем месте растеклась бы лужицей, коснись её мой защитник.
Хватит, ради Бога.
Я буравила взглядом дорогую плитку с невзрачным узором, не смея отвести взгляд. Проще ощущать телом его пальцы? Несусветная чушь. Пялясь вперёд, я искренне желала, чтобы Марк сорвался и ушёл прочь. А я осталась наедине со своими ощущениями. Со своими мыслями. Одна. Мне становилось тяжело дышать, потому что Романовским, как по мне, огромен, а мой вес значительно уступает его.
Мне страшно.
Я не сдерживалась особо, в плане того, чтобы продумать десять шагов наперёд. Всякий раз меня сбивал с толку новый вызов. А Марк кидал мне его всякий раз, видя мою безысходность и растерянность. Я могла бы поступить хитрей, взяв инициативу в свои руки, но неизвестен исход. Романовский не совсем умеет держать себя в руках, особенно, когда рядом малышка Влада, раздражающая его одним видом, причём куда больше, чем какая-то глупая шлюха.
Убери руки.
Левая рука с моих пальцев нарочито медленно спустилась к бедру, поглаживая невесомо. Он сильно наклонился, дабы достать пальцами до моей ноги. Резко эти же руки развернули меня к лицу этого дьявола. Я не решалась открывать глаза, а тем более, потом поднимать взгляд. Я ещё не отошла от того, что эти самые руки душили меня, а их обладатель кричал о моей никчёмности, поэтому смотреть в глаза сейчас я точно не могла.
Марк не касался меня, но я отчетливо знала — он смотрит на меня.
Игра переходила границы. Испытывать свою выдержку я не была намерена. Я уже готова забиться в конвульсиях, дабы больше не было этой пытки. Парень хорош собой. Мой рост какой раз доставляет неудобства, чему я даже рада. Как перекрыть пути к наступлению?
Я хотела ударить его.
Он предельно аккуратно убрал от моего лица прядь, которая привычно спадала на лице. Никогда не видела его таким мягким, по отношению ко мне. Плавное движение руки я ощущала отчетливо. Не было характерной для него грубости и резкости. Несвойственная ему сердечность. Неужели заманивает жертву в свои сети? Могу сказать, что безоговорочно у него выходит.
Видимо, парню надоело мое безучастие, поэтому он начал приближаться. Головокружительный запах мяты прекрасен, а аромат кофе вообще заставляет задуматься, парфюмерия ли это? Или он так злоупотребляет данным напитком? Я невольно распахнула глаза, когда руки сжали талию.
Прекрати меня трогать.
Увидела невозмутимое лицо, но нервозность выдавали скулы, что были чересчур острыми. Романовский возвышался надо мной, приближаясь к лицу. Я наклонялась назад, дабы избежать телесного контакта. Не могу допустить еще одной выходки. Руки с талии перекочевали на бёдра. Расположившись на той же столешнице, я задумалась, к чему такое внимание?
Я хочу провалиться сквозь землю.
Он был в нескольких сантиметрах от моего лица. Я приоткрыла губы, чтобы хоть как-то дышать, также как и Марк. Парень прижимал мои бёдра к своим, но коснуться его торса, обтянутого помятой футболкой, не хотела.