Так нельзя? Несомненно. Но все это сплошной соблазн.
В какой-то степени, я сломлена ощущениями, которые были только с ним. Не хотела быть зависимой. Не пришлось бы страдать. Тогда, наверняка, мне не довелось бы сражаться. Возможно, фатальной ошибкой было и то, что после каждой его победы я искала реванша. В принципе, он был и не нужен. Ущемленное самолюбие давало знать.
Я пальцами вцепилась в широкие плечи. Я тонула. Из глаз снова потекли слезы. Очередная расчетливая игра. Снова поражение. В который раз я попадаюсь на этих низменных и непростительных испытаний? Сегодняшний поцелуй сорвал мне крышу. Поцелуй с несносным парнем. И это я могу называть тягой? Мои чувства нельзя назвать светлыми и прекрасными. Они жестокие и холодные.
Это ничего больше, чем физическое влечение, без каких-либо дополнений.
Чистый секс.
Грязь. Как бы я не пыталась отвергнуть его, меня тянуло к нему магнитом. Невыносимо. Действительно, слова не имеют значения. Важен физический контакт. Любое прикосновение. Оно вызывает мурашки, заставляя гореть. Видеть во всем лишь похоть — легкая победа над проблемами. Ища способы отвязаться, влечение растет. Интерес возникает также быстро, как азарт и собственная выгода. Пока не будет действий, относиться надо равнодушно ко всему сказанному. Не искать себе оправданий.
Отстранившись, я посмотрела в его глаза. Он все еще держал мое тело в своих руках, даже не думая те убирать. Я смотрела на него с опаской, но изучающе. Идеальный момент, чтобы слиться в поцелуе. Но я не дам ему снова воспользоваться мной. Вечность.
Марк приблизился к моему лицу, но я с отвращением увернулась, стараясь убрать с себя мужские руки. Колебания. Неуверенность. Я до сих пор молчала. Скрывала невыносимую тоску внутри. К чему давать повод для нового потрясения? Я знаю, что он представил. Видите ли, я ещё нос ворочу от такого мужчины, недостойного меня в другом смысле — противоположном. Немыслимо. Я не набиваю себе цену. Скажем так, я делаю своё существование в этом мире чуть более веселым и разнообразным.
Я громко и заливисто засмеялась, выплескивая все, что накопилось. Впиваясь взглядом в эти безупречные черты, я подумала, отчетливое решение пришло почти сразу.
Отвергнуть.
Поставить род сомнение.
Отвернуться.
Поставить точку.
Хотел дать этому разговору красивый финал, но я вновь иду наперекор. Отстраняюсь. Я позволила себе пролить слезы. При нем. Наивысшая степень глупости, за которую я поплачусь. Сполна. Но она дала намёк полагать, что вся чёрствость — образ.
Беру во внимание лишь детали, не образ в целом. Потому что действительно это эффектней, нежели полагаться на целую картинку. Долой всю эту напыщенность. Сейчас не важно, как богат и красив этот парень, для меня важно, чтобы он не превратился в пепел, как только я сдалась ему. Удостоившись даже такой чести — быть рядом, я должна ходить словно тень. Не раздражать, не нервировать, только красиво улыбаться, демонстрируя приветливость. Одна из важнейших черт.
К чему это все? Просто.
Он привык властвовать, управлять и контролировать.
Любое неповиновение расценивалось как своенравие. Конечно, даже сейчас Марк взял все в свои руки. Почему ж в должна быть тенью и куклой, не путающейся под ногами? Потому что так привык он. Но я не буду следовать его приказам и устоям, чтобы не случилось.
Ожидая ответных действий с моей стороны, он стоял неподвижно. Я же насмехалась над ним. Злилась. Не на него. На себя. Буду улыбаться. Красиво.
Естественность не важна. Нужно лишь наличие. Красивая обёртка, не важно, что бракованная и гадкая. Не боятся той хищной натуры, вырывающейся довольно часто. Сработает. Надеюсь.
Я молчала. Тихо довольствовалась еле заметным удивлением, промелькнувшим довольно быстро. Чеширский кот улыбался, наверное, не так широко, как я сейчас. Я держала пока все в своих руках, но расслабляться рано. Марк может в эту же минуту схватить за горло, подняв над землёй. И тогда власть будет за ним. В очередной раз. Да, жесткость довольно часто переходила за границы, как и сумасшествие, но что могу я? Я не сравнюсь ни в чем с ним. Марк сильней, выносливей.
Что я чувствую прямо сейчас? Некую эйфории. После тяжелого морального истощения, самым лучшим чувством было именно наслаждение. Победная улыбка, которая сейчас так и застыла на лице, показывая мою силу. Но что я сделала, чтобы ощущать что-то? Ровным счётом, я пуста. Мои действия оценены гораздо выше, чем являются на самом деле. Слишком много чего не так. Лишь бы опустить его, загнать в угол, я применила множество приёмов.
Стандартные и запрещённые. Изощрённые и простые. Всякие.