— Сука, научись нормально с людьми разговаривать, а то ведь походишь на животное, не имеющее разума. Дрянь, — карие глаза всматривались в мое лицо. А я хватала ртом воздух.
Животное.
Внутри меня зажегся огонь, не знаю, внешне я оставалась спокойной или нет. Парень играл грязно. Но не языком.
Ещё и на оскорбления перешёл. Было забавно смотреть на гнев Марка, отмечая про себя, что даже с лицом, искаженным в гневе, он остается таким же красивым.
— Закрой свой рот, — уже не могу контролировать эмоции.
Я лишь хочу, чтобы он перестал мне показывать мое место, которое сам придумал. За всей этой словесной дуэлью наблюдал блондин. Меня не смущал лишний человек в квартире, что молча наблюдал за данным концертом.
— Пошёл вон, — парень стоял на месте. — Я сказала, пошёл вон! — я уже говорила на повышенных тонах. Терпение было на пределе. Я не знала - рыдать или кричать. — Повторяю последний раз. Вышел вон из моей квартиры! Надеюсь, что больше ты тут не появишься, — эти слова я просто прокричала, срывая голос. Я махала руками, потому что ярость взяла верх.
В эти слова я вложила всю свою боль и обиду. Меня трясло, а на глазах появлялись слезы.
Контроль. Вдох.
Контроль. Выдох.
Он не двигался. Хочет посильнее ранить, я уверена в этом. Не в первый раз видит истерику девушки. Он насмешливо поднимает бровь. Изо рта вырывается всхлип. Секундный. Но он замечает. Делает шаг.
Я завелась, потому что долгое время находилась в напряжении. И все эмоции выходили наружу без моего желания. Я долго сдерживалась.
Какой-то непонятный идиот будет говорить мне эту грязь в моей квартире? Нет.
— А иначе что? Накричишь на меня? Слабую пощечину отвесишь? Ты беспомощна, как и твои родители, бросившие тебя! — знал, куда следует бить.
Подонок. Низко говорить такие вещи.
Он знал. К черту все эти словесные перепалки.
В следующее же мгновение я замахнулась. Он увернулся. Ни разу не коснувшись. Злость и отвращение — единственное, что я чувствовала в данный момент. Я смотрела в глаза, которые казалось потемнели еще больше. Я искала в них каплю раскаяния, Но нашла леденящую пустоту.
— Не смей. Слышишь? Не смей. Никогда. Говорить о моих родителях подобные слова! — я лишь опустила голову и выплюнула слова твёрдым и безразличным голосом. Смотреть в глаза сил не было.
— Зайка, перестань играть с волком. Иначе станешь интересной добычей.
Переглянулся с блондином и вышел. А я смотрела в пол, обдумывая его слова.
Есть только красивая внешность и пустота внутри, которую не сможет компенсировать никакая прекрасная наружность. Отталкивает ли он людей? Нет, наоборот, заманивает, казалось бы, сложностью и непонятностью характера. По началу, он заинтересовал и меня, было любопытно, что скрывается под маской и этим холодом, который заставляет тело покрыться мурашками.
Это был больной интерес.
Нельзя подходить к садистам, тем более, говорить что-то против.
— Все в порядке? — спросила у незнакомца, у которого было шокированное лицо.
Заслужено.
— Вполне, — с улыбкой сказал блондин.
Лучезарная улыбка помогла вернуться прежнему настроению. Совершенно два разных человека, что может их связывать?
Огонь и лёд.
Его улыбка согревает душу. Голубые глаза выражали неподдельное восхищение и уважение. Блондин был настроен дружелюбно. Но и это может быть уловкой. Они не просты.
— Вадим, — он протянул мне руку. — Собери с собой предметы личной гигиены, сменную одежду, телефон, деньги, ключи, пожалуйста, — Вадим был вежлив, в отличие от дружка, которому хотелось съездить кулаком по милой мордашке. И когда она стала милой?
Ни к чему эта ярость. Марк же ждал, когда я взорвусь. Он намеренно проверял меня и мой предел терпения. А я повелась.
Проверка, которую я не прошла.
— Давай. Я Влада, — я пожала его руку в ответ.
Язвительная улыбка сменилась искренней и лёгкой ухмылкой, притворство было не к чему. Да и притворятся, с ним не хотелось, человек положительно настроен по отношению ко мне. Я не могла больше злиться. Прошла боль, давящая на грудь. От этого легче воспринимать реальность, понимать суть вещей.
Блондин мне сразу понравился, возможно, насчет него я ошибаюсь, но это будет моя ошибка. Наступлю в пропасть, но пора идти на риск, а не прятаться в норке. Я могу быть трусливой мышью, но это не значит, что я смогу выжить. Мышь убьют первой. Прятать голову в песок, пережидая этот период, не принесет ничего, кроме оттягивания момента.
За мной охота. И люди не остановятся, пока не достигнут цели. Цель охотника - догнать жертву. Но кому потребовалось убивать меня?