Нашему Марку совершенно не свойственны эти чувства. Они для парня также пусты, как и для меня он. Мне не нравится думать о таких мелочах. Я могу заиграться.
Вновь. Я не могу соблюдать собственные рамки. Боюсь разбить себе сердце. Не оправдать своих же ожиданий. Обречь себя на жизнь, полную неудач, разочарований, не сбывшихся надежд. Мне может прийтись по вкусу этот милый Марк. И тогда точно не остановиться. Я не желаю сначала поверить, а потом испытать отчаяние. Побочный эффект.
Проклятое вторичное действие.
«Мышка».
Сколько смысла в этом слове. Я мышь по сравнению с ним. Не настолько эффектная, не настолько гениальная. Мелкая и глупая мышь. Кем ещё я могу быть? Но в этом разговоре совсем другой контекст. Тут он подчеркивает, что я маленькая девочка. Нежность, совершенно нехарактерная для него. Поддельная. Ненастоящая.
Я убеждена в этом.
Я не первый раз подлавливаю себя на таких словах: «уверена», «точно знаю», но, на самом деле, я и понятия не имею, что чувствует он, что чувствую я. Сплошные вопросы.
Стена этих идиотских тем, которые я раз за разом прокручиваю в голове. Но ничего нового. Самонадеянная, заносчивая кретинка. Это лишь мои глупые предрассудки. Каждое мое слово — вода, не имеющая никакого смысла. Им нет места.
Я испытываю неполноценность.
О, а какой робости может идти речь? Я бы, во-первых, не позволила ему видеть мои слёзы. Не для его глаз. Лучший компромат на меня. Сознаваться в чем-то дьяволу. Чушь. Я никогда не признаюсь ему в чем-то. Не могу оступиться лишь на том, что вдруг Марк измениться в лучшую сторону. Наоборот, меня должно это насторожить. Я должна сомневаться во всяком действии и слове.
Я не слепая. Нет.
Я невольно хмыкаю, задумываясь о том, что было бы более правдоподобным. Провожу языком по нижней губе, предвкушая этот спектакль. Настоящий. Я не выбираю правильную последовательность. Не предпочитаю ситуацию. Весьма много чего не так.
Достоверный диалог. Буквально аксиома. Закрыв глаза, я представляла этот торжествующий взгляд. Свою растерянность. Каждую из составляющих моего состояния. Непонимание, фрустрация, срыв. Разбитая вдребезги.
Мой мир просто разваливался по частям. Возможно, внешне этого не было видно, но внутренне очень ощутимо. Внутри бушевал ураган, который остановить я была не в силах. Чувствую отвращение к самой себе. Пыталась что-то сделать из себя и показать. Что сможет заглушить эту боль?
Надо выбираться из этого кокона мыслей. Убогих суждений. Именно они давали ложный шанс. Идиотскую иллюзию, смешивающую реальность с моим воображением. Весьма абсурдно и дико.
Я, озираясь по сторонам, вышла из комнаты. Стандартная ситуация. Я всегда прячусь в собственной спальне. Только она защищает от всех этих глаз и усмешек. Огораживала от ошибок, в корни пресекая их. Переизбыток каких-то ощущений. Эмоциональный всплеск, мешающий здраво рассуждать.
Сделав резкий поворот направо, я уткнулась носом в грудь. Широкую и мощную грудную клетку. Мужскую. Медленно запрокинув голову назад и сделав предварительно шаг назад, я смотрела на парня, оказавшегося не в то время, не в том месте. Для меня это было судьбоносной шуткой, которая постоянно сводила меня с Романовским.
Это надоедало. Изо всех сил докучало.
Я впервые за неделю покинула свою комнату. Я не готова встречаться со своим кошмаром лицом к лицу. Я не справлюсь.
Но я никогда не справлялась с ним. Не так ли.
Я дрожала, а ком в горле встал. Я замерла в ожидании. Была измотана мыслями и не знала, что делать. Хотела бежать, но он как первоклассный хищник — догонит и убьет.
— Не кажется, что для людей, ненавидящих друг друга, мы слишком часто видимся, встречаемся с тобой? — я сочла за честь пустить какую-то колкость в его адрес.
В ответ мой собеседник закатил глаза, кидая на меня оценивающий взгляд. Таким же надменным, как и сам брюнет. Я лишь сощурила глаза и пожала губы, раздражаясь от одной лишь реакции.
Расстояние между мной и Марка составляло не более, чем вытянутая рука. Непростительно рядом. Я вдыхала запах шоколада.
Запах Романовского.
Такой же мерзкий и манящий, как и сам хозяин.
Я привыкла шарахаться от него, но почему не смогла отойти дальше? Упрекая себя за эту оплошность, я пыталась предвидеть дальнейшие слова, которые сопровождались весьма затянувшейся паузой. Не думаю, что дело в том, что ответ ещё не придуман.
Защитник был слегка скован. Ровная до безобразия спина выдавала.
— К сожалению, ты всегда рядом., — процедил сквозь зубы Марк. — Я уже подумываю, почему бы сейчас не взять машину и уехать отсюда. Как можно дальше. Наплевав на все эти опасности и твоё положение. Все было бы куда проще. Я не видел бы твоего мерзкого лица и дальше. И знаешь, я подумываю сделать это в скором времени.