Я пошла собираться. Предметы личной гигиены: шампунь, гель для душа, пара кремов и еще пара предметов - много не заняли, всего лишь небольшую сумочку. Взяла две футболки, две пары джинсов, четыре пары носков и нижнее белье по две пары. Все прекрасно уместилось в рюкзак. Сколько мне предстояло находиться под покровительством парня? И на что я подписываюсь?
Это может быть моим приговором.
Я рисковала выбрать не ту сторону медали.
Через десять минут была уже готова. Я пошла к Вадиму.
— Вадим, я готова, можем ехать, — повернувшись ко мне, он осмотрел меня и улыбнулся. Мы в молчании вышли из дома.
По просьбе Вадима, я закрыла дверь на все замки. Ехали в тишине, потому что я не знала, о чем можно говорить. Я не боялась неизвестности. Я боялась быть дурой. Ирония. Я когда-нибудь найду свое место в этом мире?
Мы остановились на окраине города около белого здания. Выделялось среди пейзажа своим великолепием и размером.
Далее прошли внутрь. Я пыталась запомнить, как мы шли, чтобы иметь преимущество. Но было слишком много поворотов и дверей, поэтому я запомнила лишь треть пути. Это априори не давало выигрыша. Мы зашли в какое-то помещение, где за столом сидела женщина лет сорока. Довольно строгая, но с мягкими чертами лица. Серые глаза бегло осматривали какие-то бумаги. Копна чёрных волос была убрана в хвост. На лоб спадала челка.
Я пыталась схватить взглядом любую деталь, способную ответить на мое бесконечный поток вопросов. Кабинет был обставлен дорогой мебелью. Дубовый стол стоял у окна, занимая колоссальное место в комнате. Резные доски добавляли фарса. На нем было большое количество документов, заметок и прочего мусора. Красивая лампа стояла с краю, но была покрыта едва заметным слоем пыли.
Огромное количество стеллажей с книгами белого цвета. Ни одной яркой обложки.
Стены выкрашены в серый цвет. Мрачный и холодный. Прям как Марк.
Они были пустыми, как глаза у женщины. Ничего яркого. Никаких картин и украшений, разбавляющих интерьер. Брюнетка сидела на черном кожаном кресле. И была хозяйкой этого места.
— Здравствуй, Влада. Меня зовут Виктория Александровна, как доехала? — она улыбнулась, интересно, откуда она знает мое имя? Ах, да, меня заранее изучили, будто зверушку, которую хотели купить на рынке. Я была в их руках. Намеревались ли мне причинить вред?
Женщина показалась доброй. Виктория рассматривала меня интересом. Я также, только незаметно изучала её. Женщина ухаживала за собой, кажется, выглядела моложе своих лет. Стройное подтянутое тело. Она была довольно привлекательной. Но видно, что власть это второе имя. Она имеет внутренний стержень. Поэтому шутки и попытки атаковать могут кончиться плачевно.
Но я буду бороться с этой системой, потому что другого выхода у меня нет. Мне не дадут умереть, и я поняла это в тот момент, когда вошла сюда. Я - важная фигура. Люди заинтересованы во мне, раз они спасают меня от других убийц. Чертовщина.
Женщина сверкала серыми глазами, сканируя меня. Насквозь.
Я растерянно отводила взгляд. Что я должна делать? Сотрудничать? Ненавидеть?
Сделаю вид, будто мне не надели ошейник. Я не должна показывать страх, иначе этим воспользуются как рычагом давления. А я не хочу быть игрушкой в руках. И не дам накинуть цепь на меня. Мне нужна свобода. Иначе я сдамся раньше, чем меня пристрелят. Чего они не хотят допустить.
— Здравствуйте, достаточно неплохо, вот только случился небольшой конфликт между вашим сотрудником и мной, — я старалась быть максимально вежливой. Меньше провокаций. Надо добиться доверия. Не хотелось казаться лучше, чем есть, но оказать хорошее впечатление необходимо.
Очаровывать не моя прерогатива.
Но я обязана быть полезной и интересной. Это даст шанс выжить. Нужен он был мне не больше, чем намордник. Жизнь сохранят в любом случае, но буду ли я жить, а не существовать, остается загадкой. Нет времени на сожаления. Надо расставлять правильные приоритеты, которые обеспечат минимальное превосходство. Оно мне необходимо, как глоток воды.
Маленький шанс. Не более того.
— Понятно. Ты, наверное, знаешь, зачем ты здесь? — мило поинтересовалась женщина. Её улыбка, как будто была фальшивой, только она притягивала к себе, словно искренняя.
Тупая боль.
Эта улыбка таинственная, словно за ней что-то скрыто. Многое предстоит узнать, я посмотрела через плечо на блондина, стоявшего за спиной. Он облокотился на дверь, ожидая дальнейших действий. Она попросила его выйти. Снижается вероятность того, что я сохраню остатки здравого смысла и не закопаю себя еще глубже.