Внутри я знала, что это очередная сцена, чтобы доказать мне что-то. Я стараюсь не терять бдительности, потому что кругом опасность. И неважно, от кого она исходит. Мне ясно дали понять, что я обязана держаться за любую возможность, которая может выпасть, лишь бы выжить.
Но непонятно было одно — кто враг? И я решила, что опасаться стоит всех, в той или иной мере это было рационально, потому что прямых подсказок никто не давал.
Они не верят мне — я не верю им.
— Это тебе, — он протянул мне букет красных роз.
Я с шоком приняла цветы, пытаясь разгадать истинные мотивы. Сами по себе цветы были прекрасны. Шипы внизу аккуратно срезаны, а сам букет перевязан красной лентой. Самих цветов было порядком двадцати штук. И каждый из них по-своему прекрасен. Типичная реакция дуры.
На это он и рассчитывал.
Замухрышка.
Я с недоверием косилась на того, кто только что вручил эти великолепные цветы. Как прекрасно они пахнут! Но это не отменяет того, что это Романовский. Не в этой жизни.
Каждое действие продумано и несёт в себе какой-то подтекст. Я не могу поверить в изменения. Их не могло быть, для этого не представлялось причин. Черт, сколько это будет насиловать мой мозг? Брюнет по своей сути очень осторожный и умный человек, почему его действия всегда вызывают недоверие. Любое его слово будет расценено по-разному. Я напряжённо сжимала цветы, делая несколько выводов.
Некоторые поступки нужны, чтобы сбить меня с верной версии. Какие-то действия же лишь дразнят меня, выводя на эмоции, которыми питается этот человек. Ему нужно ломать меня. Это его миссия, которую он сам на себя возложил.
Будь собой, Влада. Это единственная сложная вещь для тебя.
Задобрить меня цветами не выйдет. Или это поощрение? Тогда, я оценила. Хорошая попытка.
Как полагается. Поощрение.
Кнут и пряник.
— Спасибо, они очень красивые.
И я даже не лгала.
Я слегка покраснела, сказав это. Мне было непривычно хвалить людей, а особенно врагов. Это даже не похвала, если так посмотреть. Но осквернять вкус молодого человека — бесчестие. Розы, конечно, немного примитивно, но они всегда будут потрясающими и дорогими. Он знал, как влиять на женщину, чтобы добиться определённых вещей. Ромашки стоит дарить, чтобы показать искренность своих намерений. Лилии, чтобы показать уважение и восхищение. Хризантемы, чтобы расстаться.
Банальный набор для бабника.
Я предпочитаю больше орхидеи, но это тоже неплохо. Скривив губы в подобии улыбки, я с искренней благодарностью посмотрела на защитника. Сложно. Невыносимо трудно. Нетипичное для нас обоих общение. Легче кричать. Сложнее разговаривать.
— Я знал, что тебе понравится.
На эту реплику я лишь посмеялась. Действительно. Я же курица. И вкусы у меня точно такие же. О чем тут речь? Насколько пафосная фраза, что я готова рассмеяться, но это перечеркнёт, казалось бы, налаживающиеся отношения. Но это привычные слова, которые мы кидаем друг другу для размышления.
На самом деле, я простила его. Не сдалась, просто поняла его.
Отчасти.
В данной ситуации нельзя делать выводы исходя из поступков. Нонсенс.
Я предложила прогуляться, потому что стоять и молчать трудно. Шли мы раздельно, но достаточно близко. Тишина. Вдруг я почувствовала, что Романовский взял меня за руку. Я посмотрела на него с недоумением, парень переплел наши пальцы. Самодовольная ухмылка украшала идеальное лицо. Он путает меня с кем-то. Я всего лишь Владислава Власова, девчонка, которая принесла кучу проблем.
Девчонка, от которой его глаза горят неистовым огнём.
Уловка?
Потом стало холодать, мои плечи предательски дрожали. Я обхватила свои плечи руками, дабы перестать дрожать как осенний лист. Романовский заметил, поэтому снял свою толстовку и уверенным движением завернул меня в неё. Приступ. От кофты исходил приятный запах ментола, мяты и кофе. Какое банальное сочетание.
Нетипичная реакция тела на мужской запах.
Ты сейчас кончишь, потаскуха.
Для меня чуждо мужское внимание, а надевать вещи — ещё более странно. Для меня это интимный жест. Считаю, что люди дают одежду только по-настоящему близким людям, но никак не ненавистной паршивке, какая перевернула его спокойную жизнь.
Я отошла чуть подальше от него, но парень ни капли не смутился и стал идти ещё ближе, почти прикасаясь. Неужели мы вышли на новую стадию отношений? Исключено.
Он давит на меня и влияет.
Нам нельзя быть друзьями, а тем более милой парочкой. У нас никогда не будет непринужденного разговора. Мы две противоположности. Действуем друг на друга, как красная тряпка для быка. Моя трусость мешает принять мне неоднозначные действия. И моя гордость мешает признать, что это тешит самолюбие.