Борис действительно не так давно познакомил сына с женщиной, с которой у него уже полгода длился роман. Он долго скрывал, не хотел травмировать сына, но когда Марк намекнул, что хотел бы попробовать жить отдельно, отец понял: время пришло.
Марк принял новость нормально, даже ответно подъебнул папу. Теперь половина «командировок» отца нашла свое объяснение.
А три месяца назад Борис снова поделился новостью. Елена, так звали женщину, забеременела.
Марк за отца был рад, а вариант переезда уже даже не обсуждался. Борис и сам понимал, что сыну-студенту не сильно помогут в учебе вопли младенца. Также он слегка опасался, что гражданская жена и сын рано или поздно начнут конфронтацию. До Елены Марк фактически занимался обустройством дома, и Борис не хотел, чтобы сын почувствовал себя задвинутым в дальний угол за ненадобностью.
Так, вопрос с переездом был решен, правда от отца утаивалась одна маленькая деталь: Марк переезжал к Старку.
Который сейчас, кстати, пыхтя, брал в руки коробку с книгами.
Вообще-то они вместе планировали вынести вещи Марка, но Соня в этот момент позвонила по скайпу, и Белов с умоляющей моськой уставился на Игната. Тот тяжело вздохнул и пошел пить чай, а заодно восстанавливать утерянную прежде симпатию Бориса.
Дело шло медленно и нудно. Второй раз папа не спешил вестись на разговоры о рыбалке. Игнат уже и Елену обаять успел, а Борис все держался особняком.
Леха, не желающий делить с «мажором-отморозком» статус лучшего друга (настоящую правду Марк еще не был готов озвучить Синице), тоже не спешил сдавать позиции. Белова это угнетало, но он надеялся объясниться с другом после переезда. Тем более у него будет больше возможностей: Леха поступил в тот же университет, что и он, как они когда-то и планировали.
Выпив чай и продержавшись под испытующим взглядом отца добрых три минуты, Игнат сбежал к Марку в комнату и демонстративно взял коробку.
Марк намек понял: пора закругляться. Свои немногочисленные новости Соня уже успела рассказать: она была зачислена на первый курс престижного университета, и в ее группу даже попало три человека с курсов.
Подруга была, как обычно, приветлива и дружелюбна. Но Марк со щемящей тоской наблюдал, как изменялись черты ее лица, когда она увидела позади него Старка. Наверно, побоялась, что в гостях у Белова не только он.
Поговорив еще пару минут, они попрощались. Марк захлопнул ноутбук, уставившись на крышку.
– Она испугалась, когда увидела меня. Или мне показалось? – тут же спросил Игнат.
– Ей, наверно, очень трудно.
Старк пожал плечами:
– А ты на Рокотова глянь. Ему, думаешь, легко? Человек на свой собственный выпускной не пришел.
То, как Алекс справлялся с депрессией, уже стало нормой. Марк привык, что Старк мог сорваться среди ночи. И иногда ездил с ним.
Но зато со временем они оба пришли к одному выводу: чтобы быть вместе чаще, стоило съехаться. А то и первый курс, и родители, и друзья. Так на их личный мирок и не останется ничего.
Марк взял сумку. И окинул комнату взглядом.
– Вроде ничего не забыл, – пробормотал он.
Игнат тоже осмотрелся.
– Поверить не могу… больше, чем полгода назад на этой самой кровати мы с тобой впервые переспали.
Марк усмехнулся.
Да, незабываемое воспоминание. Я потом долго смотреть в глаза соседям не мог.
Старков по-прежнему сверлил взглядом кровать.
– Нет, ты только подумай: скоро тут будет детская. И эту кровать… куда ее? Выбросят? – на лице Старкова отражалась самая настоящая растерянность.
Белов ошарашено опустил сумку обратно на пол.
Старков, ты ли это? Во-первых, не выкинут. Пока бабуле отдадут. Правда, пока не знаю, какой именно. А во-вторых, ты не забыл, что если бы не чудо, то ты бы меня еще в отцовской спальне трахнул. Может, еще туда сходим поностальгируем? Интересно, как быстро до бати дойдет?
Игнат моргнул. Ореол мечтательности рассеялся. Он усмехнулся, качая головой. Как обычно, Марк одним предложением переключил рубильник.
– Да, ты прав. Тем более небольшое напоминание о том дне у меня все равно с собой.
– Ты про меня?
– В некотором роде, – Игнат потряс ключами. Марк узнал на аскетичного вида связке ключей нечто знакомое.
– Так, Старков, верни моего Спанч Боба к его собратьям.
Старк на это требование лишь издал свой фирменный смешок и вышел из комнаты. Марк покачал головой, взял сумку и отправился попрощаться с папой и Еленой.