— Так нет же людей! Да и то, что ставим — все с бору да по сосенке собрано — у нашего-то старшины откуда это взялось бы? И так уж все заканчивается…
Здесь я преувеличиваю — с полсотни минометных мин у нас еще осталось. Но… я очень хорошо помню (откуда?) два самых страшных армейских правила.
«Штатная положенность» — у вас этого быть не должно!
А следовательно — «Сдать на склад»!
И все, вилы.
Ни при каких обстоятельствах с этого склада тебе никогда и ничего больше не вернут.
— Так! — капитан встает.
Поднимаюсь на ноги и я.
— Сержанта Махова ко мне!
Искомый сержант появился уже через пять минут.
— Отделение бойцов — в его распоряжение! — указывает на меня капитан.
— Есть!
— Выполнять!
А повеселее работа пошла!
Еще день…
А вот поутру наступила какая-то нехорошая тишина — смолкла канонада. Именно от этого я и проснулся.
Так… похоже, все: немцы прорвали фронт.
Бужу ребят и отправляю их ставить все заряды на боевой взвод — вынимать чеки, натягивать шнуры и так далее. Пора уже устанавливать и противопехотки, они у нас в качестве запалов на фугасы используются. Туда — Петлина, у него опыт работы с такими минами есть. И пусть оставят там бойца. Мало ли… Вдруг свой кто-то поедет — пусть указывает им объезд.
Сам же бегу на тот берег: надобно активировать некоторые фугасы. И это я пока никому доверить не могу — опасно! А у них опыта такого не имеется.
Пробегая по окопам, вижу: бойцы каски надели. Значит, правильными оказались мои догадки!
Немцы появились уже через час. Наши ниоткуда больше не пришли: похоже, что дорогу эту противник перерезал.
И все вышло как-то совсем буднично: прибежал наблюдатель и сообщил, что видел три мотоцикла, которые едут в нашу сторону. Неторопливо так… Останавливаются, дорогу осматривают.
Лейтенант находит меня взглядом и кивает в сторону станкача: договорились мотоциклы и пехоту до фугасов пока не допускать. Нет, мотоцикл — вполне достойная цель… но жалко на него такое добро тратить, тут и пулемета за глаза хватит.
Добегаю до пулеметчика, напоминаю ему о приказе лейтенанта.
До Фролова бы еще успеть — он наверху, у него там КП напротив моста оборудован.
Вот, оказывается, куда бревна-то вчера тащили.
Добежать я не успел — мотоциклисты уже вывернулись из-за поворота и вырулили на дорогу.
И тотчас же откуда-то сверху по ним бабахнули из винтовки: кто-то там сильно несдержанный оказался.
Немцы разумно не стали дожидаться следующих выстрелов — и моментом развернулись в обратную сторону. Главное они увидели: мост цел.
А то, что кто-то там его охраняет — так это вполне естественно. Важный объект, без охраны такой не оставят. Впрочем, это уже не дело разведки — она свою задачу выполнила.
Воспользовавшись передышкой, еще раз спешу все проверить. Парни доложились: все сделали. И даже чеки от взрывателей мне показали. Старая привычка — предъяви чеку! Все сошлось, никто ничего не зевнул. Ну, а ВПФы я активировал сам: все же штука чувствительная и большинству бойцов незнакомая.
Прошу у старшины бинокль и рассматриваю мост. Точнее, то место, которое мне сейчас особенно интересно.
Так, все вроде бы в порядке: висит ведро на месте. Еще вчера вечером я его осматривал — все в норме, вода не подтекает нигде. Да и в бинокль вроде бы все в норме.
Петлин, как это увидел, аж крякнул и просто слов никаких не нашел. А Фролов даже и близко подходить не стал.
Ждем…
Кто-то умный в свое время сказал: мол, война — это длительные переходы, долгое копание всего подряд и мучительное ожидание.
Прав был мужик!
Где-то за поворотом послышался лязг, ворчание моторов… и на дороге появились бронетранспортеры — аж две штуки.
Все, что ли?
Даже как-то обидно стало: нас не принимают всерьез?
А с другой стороны, по мотоциклистам один раз пальнули из винтовки и не попали. Так может тут и народу-то всего ничего?
Бронетранспортеры выползли из-за поворота, остановились, чуток не доезжая моста, и из них выпрыгнули трое немцев.
Все верно: разведка. Сейчас будут осматривать мост… если дойдут…
С нашей стороны горохом посыпались выстрелы, работало пять-шесть винтовок. Кстати, вполне удачно: одного немца свалили прямо на месте. Оставшиеся двое зайцами запрыгнули назад за броню.
Рявкнули пулеметы на бронетранспортерах — взвилась пыль на бруствере окопа. Стрелять в ответ стали реже, но пули все еще высекали искры из бортов боевых машин.
Пешком мост не перейти — это ясно. Понимал это и противник.