И он прёт вперёд на полных парах.
Хм-м-м… Ну, я вообще-то посерьёзнее дичи ожидал… Но и этот вполне сойдёт!
Блямс!
И танк скрывается в облаке дыма.
Там что-то искрит, видны какие-то вспышки…
Блямс!
Так это же пушки!
А я про них совсем уже и позабыл!
Мы с Корабельским сидим на бревне и смотрим вниз. Он курит (надо же! А я ни разу и не видел его курящим), стряхивая пепел куда попало. Лейтенант контужен, мина рванула совсем рядом. Поэтому он плохо меня слышит, и иногда приходиться повышать голос.
Но говорим мы вообще мало… очень хочется спать…
А внизу, по дороге через мост, обходя подбитый танк и разбитые бронетранспортеры, нескончаемым потоком идут войска. На многих видны повязки, кто-то прихрамывает. Проезжают повозки с ранеными — их много. Машин мало совсем, изредка мелькают пулемётные броневички.
Но всё больше — пехота.
Есть и пушки — некоторые из них катят на руках, впрягаясь в постромки.
— Сколько же их… — качает головою лейтенант.
Из окружения выходила дивизия.
И по внешнему виду бойцов было понятно: им там на орехи прилетало неслабо. Но — они выстояли…
Да и нам тоже досталось.
В последнюю атаку немцы, вспомнив про кинжальный пулемётный огонь, перерыли минами практически все позиции взвода. Два пулемёта разнесли в клочья, досталось и всем остальным. И если бы не пушки…
— Товарищ лейтенант! — посыльный. — Вас требуют вниз, к дороге.
Корабельский встаёт, пошатывается.
— И вас тоже! — поворачивается боец ко мне.
Блин, видок у меня… тот ещё… Аккурат для представления «по начальству».
Поскальзываясь на каких-то бугорках, спускаемся вниз.
А на дороге стоит запылённая «эмка». Так, по-моему, называется эта марка автомашин?
Около неё несколько человек. Вижу и Птицына — он разговаривает с каким-то грузным мужиком.
Корабельский пытается принять строевую стойку — это выходит у него плохо, ноги постоянно разъезжаются, и всего его мотает из стороны в сторону.
— Товарищ генерал-майор!
Ого!
— Лейтенант Корабельский прибыл по вашему…
Его буквально заносит в сторону, и договорить он не успевает.
Подхватываю лейтенанта.
— Он сильно контужен, товарищ генерал-майор. Еле на ногах стоит…
— В госпиталь! — рявкает генерал.
И лейтенанта уносят. Он только рукою мне успевает махнуть.
— Красноармеец Васин, товарищ генерал-майор, — поясняет Птицын. — Успех обороны моста в немалой степени обеспечен его хитроумными минными ловушками.
— Сапёр?
— Скорее уж, специалист по всевозможным взрывным сюрпризам, товарищ генерал-майор, — пробую пояснить я. — Взрывное дело одними минами не ограничивается.
— Под мостом — твоя работа? — интересуется генерал.
— И за поворотом — тоже, — киваю я.
— Учился этому?
— Долго, товарищ генерал-майор.
— И — рядовой красноармеец? — наклоняет он голову. — Воевал?
— Да, воевал. Долго. А что просто красноармеец… Контузило, обгорел, попал в госпиталь… Частичная потеря памяти, документы сгорели почти все. Вот сюда пехотинцем и пришёл.
— Ну, — усмехается генерал, — хорошо, что не всю память потерял! Капитан!
Сбоку нарисовался худощавый мужик.
— Я, товарищ генерал-майор!
— Запиши его данные!
— Есть, товарищ генерал-майор!
Машина с генералом уехала, все прочие командиры тоже куда-то разошлись.
А рядом со мною остался только худощавый капитан.
— Ну, — кивает он мне на лежащее рядом бревно, — присядем? И давайте по порядку. Имя-отчество, год рождения…
Глава 7
Глава 7
Колонны шли всю ночь. И только под утро меня растолкал дежурный.
— Командир, последний отряд прошел. Сказали, позади них никого уже нет.
Никакой накладки здесь нет: после того, как Корабельского увезли в госпиталь, Птицын отдал распоряжение мне принять команду над остатками взводов.
После чего отбыл и сам.
Самое печальное, что и пушки ушли вместе с ним.
— Пропустите последних бойцов, взрывайте мост и уходите.
Да чего уж там…
Мин практически не осталось. Как выяснилось, капитан Фролов увез с собою штук двадцать минометных мин, и теперь в загашнике у нас всего штук пять. Даже парочку приличных фугасов не соорудить. Против пехоты еще можем чего-то изобразить, а вот с танком ничего уже и не сделать. Да и тротила осталось всего ничего.
Несколько заготовок мы кое-как состряпали, но ставить их решили уже позже, когда станем уходить. Пока просто по местам растащили и там припрятали.