Зачем они тут и откуда взялись? А кто ж их знает?
Для чего они мне? Трудно сказать… забирая их со стола, я действовал как-то на автомате, совершенно не отдавая себе отчёта в своих действиях.
Десяток пачек с патронами, шесть запасных магазинов к автомату, нож. Вешаю на пояс трофейный парабеллум, чего уж тут стесняться!
Побриться, во!
Благо, что бритва есть…
За этим занятием меня и застают бойцы. Их шестеро.
— Так… — осматриваю я добровольцев. — Иляйнен! А кто на отряде останется? Отбой — возвращаешься! И не спорь мне тут! Не Охримчука же мне в бой отправлять?
А вот Лемон…
Снайпер необходим аж дозарезу!
Есть у меня одна задумка… уже давно это применить пробую…
— Смотри…
Штык от СВТ с хрустом входит в донышко патронного цинка. Несколько минут — и перед нами лежат вырезанные крышки донца от цинков. Беру молоток и выравниваю выгнутые различным образом железяки — так, что они бы хоть немного лучше подходили друг к другу.
Есть…
Теперь вырезаю из старой автомобильной камеры резину — чуть больше по размеру, чем крышка.
— И что же это такое у нас будет? — интересуется Марк, присев на корточки рядом со мной.
— Терпение…
Во всех крышках пробиты отверстия, в которые вставлен обычный телефонный провод. Теперь собираем «бутерброд»… Крышка — резина из камеры — крышка. Всё это скрепляется обычной изолентой. Поверх — для надёжности, ещё и веревкой обвязывается. Провода подключены к электродетонатору и автомобильному аккумулятору.
— И что это у нас такое получилось? — интересуется снайпер.
Оттаскиваю всю эту конструкцию в сторону и вешаю крышки от цинков на ветку.
— Попадёшь?
— Запросто. Метров с двухсот — абсолютно без затруднений.
— Валяй!
Естественно, он попал. Вообще первым же выстрелом.
Подходим к дереву.
Пробоину в крышках видно ещё издали.
— Ну и?
Вместо ответа приподнимаю провод — детонатор сработал. Просто издали этого не видно и не слышно.
— Пуля, проходя через крышки, их замыкает — вот тебе и результат! А без неё — резина от камеры не даёт — она хороший изолятор.
— Пулевой замыкатель! — восхищается Лемон. — Так просто⁈
— Ну, давай, как это у шаманов с севера принято, ещё и с бубном спляшем…
Вот и всё, боезапас собран, погружен, бочка с бензином затащена в кузов.
А к сараю уже подходит Никифоров. Прихрамывает, опирается на палку — но идёт самостоятельно.
— Построиться!
Несколько секунд — и все выстроились.
— Товарищ полковой комиссар! Группа готова к выходу! Докладывает старшина Васин!
— Вольно!
Он останавливается перед строем.
— Ребята… Наверное, не так я должен сейчас говорить… Что-то другое сказать надобно. Но… вы всё понимаете. Сейчас очень многое зависит именно от вас. От того, как вы сделаете свою работу. Надеюсь вас ещё встретить!
Никифоров вытягивается и отдаёт честь!
— Всё? — смотрит на меня политрук.
— Да, все сдали документы. Вообще все, в том числе и письма из дома.
Я так и вовсе, даже свою полевую сумку со всеми бумагами ему отдал. Донесёт он её до наших — и отряд продолжит своё существование как самостоятельная боевая единица. Ибо приказ о его создании лежит в сумке — и политрук об этом знает, я специально ему рассказал. Очень надеюсь, что именно так и будет.
А нам, как и любым диверсантам, иметь при себе какие-либо бумаги или документы в принципе противопоказано.
Едва выехав за посты и проехав по дороге около километра, сворачиваем в лес.
— Переодеваемся!
Среди всяческого барахла в кузове лежит несколько комплектов немецкой военной формы. Не новьё естественно, даже и с пулевыми пробоинами (никто ж не полагает, что немцы нам любезно всё это просто так отдали?), но на первый взгляд — покатит…
Неудобные сапоги жмут ноги… Ничего, авось, привыкну!
Немалые надежды я возлагал на своё, так вовремя обнаружившее себя, умение разговаривать по-немецки.
Другой вопрос, что я и сам пока не понимал — как далеко простираются эти мои способности. А ну, как сказанёт мне фриц что-то такое, чего я в упор не просеку? И что тогда?
Кстати, и Марк, как оказалось кое-как по ихнему понимает и даже что-то такое может из себя в ответ выдавить. Так и не удивительно — он из Прибалтики, там их много вообще-то жило в своё время…
Странное дело, но какое-то время мы проехали относительно спокойно, пристроившись в хвост какой-то колонне. Наш, якобы «трофейный», грузовик особого удивления не вызывал ни у кого. Может быть, по той причине, что мы привесили на него снятый в своё время с разбитого немецкого же грузовика, номер. Собственно железяку с черными латинскими буквами и цифрами присобачили на передний бампер. Ещё во время подготовки к выезду, закрасив родной номер на заднем борту, намалевали поверх то же самое, что и на переднем номерном знаке. Не особо точно, даже как-то коряво… уж, как смогли!