Я протянула руку и медленно погладила суженного по щеке. Элиас резко вздрогнул, стоило лишь прикоснуться к нему, но затем постепенно расслабился. Я чувствовала, как обмякли мышцы его рук и груди, а затем дыхание и сердцебиение вернулись к более или менее нормальному ритму. Лорд, не просыпаясь, слегка повернул голову, прижимаясь к моей руке, а затем пробормотал что-то, тяжело вздохнул, и крепко обнял меня.
Я облегченно выдохнула и снова положила голову ему на плечо, не отнимая руки от его лица. Я понимала, что причиной такой реакции мог быть неприятный сон. Вспомнит ли он его по утру? Я надеялась, что нет, потому что даже сейчас, когда муж, казалось, был расслаблен, его лицо все еще сохраняло угрюмый вид, оно нисколько не выглядело умиротворенным. Я еще пару раз взмахнула ресницами, прислушиваясь к звукам глубокого дыхания своего супруга, и вернулась в царство Морфея.
В следующий раз, когда я открыла глаза, то увидела тусклый свет, просачивающийся из окна, и почувствовала, как ладонь Элиаса гладила меня по волосам, сверху вниз. Все было точно, как прежде: не шевелясь, я прислушивалась к прикосновениям мужа, боясь обнаружить свой страх, но ему больше не было места в нашей постели. Я несколько раз моргнула, чтобы привыкнуть к свету, и посмотрела на Элиаса.
По выражению его глаз сложно было определить, о чем он думает, странная смесь озабоченности, надежды и трепета. Он взволнованно облизал нижнюю губу, и перестал меня поглаживать.
- Доброе утро, Бригида, - услышала я, спустя мгновения.
- Доброе утро, Элиас. Как спалось?
- Не очень, - сказал он тут же, - но просыпаться было очень приятно.
Я почувствовала, что к моему лицу тут же прилило тепло.
- Тебе удобно? – спросил он. – Я не стремился спать в таком положении… Просто ты… перевернулась и… ну вот, так спали.
- Все в порядке, - сказала я, чувствуя еще более сильный жар на своем лице.
- Ты меня боишься? – спросил муж.
- Сейчас нет, - я постаралась ответить максимально правдиво.
- Даже после того, что я сделал?
Я промолчала, не находя слов. Да, я все еще боялась той его половины, которую в любой миг охватывала всепоглощающая беспричинная ярость. Но лежа здесь, на руках у лорда, я чувствовала, что эта его сила в данный момент оберегала меня, существовала для меня.
- Я чувствую себя в безопасности… в твоих руках.
- Я хочу, чтобы ты чувствовала себя в безопасности, - сказал Элиас. – Защищать тебя, это очень важно для меня.
Фраза, произнесенная мужем, показалась мне, мягко говоря, не серьезной.
- Я не защитил тебя вчера, - руки Элиаса крепче прижали меня, - не только от Иоланды и Деллы, но и от себя тоже. Быть мужем сложно, я думал, что поступаю правильно.
Он провел пальцами по моему подбородку и наклонил голову, чтобы заглянуть в мои глаза.
- Я исправлюсь, - пообещал он. – Ты больше никогда не останешься без должной защиты.
Я могла только кивнуть в ответ, отдалив при этом свою голову от его ласковых рук.
Супруг пробежался ладонью вниз по моей руке, пока не достиг пальцев, после чего подтянул их к своим губам и поцеловал.
- Я обещаю, - выдохнул он, и я попыталась заставить себя поверить ему.
Извинившись, я отправилась переодеваться и заметила, что того платья на полу за ширмой уже не было. Я подумала, что Элиас что-то сделал с ним, и была рада, что злосчастная тряпка больше не попадется на мои глаза. Возможно, он его сжег. Я не возражала бы.
Меняя ночную рубашку на платье, в котором мне предстояло ходить днем, я вздрогнула, прикоснувшись тканью к большой царапине, и вспомнила, как ударилась о каменную стену. Лишь после нервозного сглатывания, мне удалось восстановить дыхание. Осмотрев правую руку в том месте, где Элиас хватал меня, я обнаружила явные отпечатки его пальцев на коже. Потребуется не один день, чтобы они исчезли без следа. Неприятно, но я ожидала худшего.
Вскоре после пробуждения нам принесли завтрак. Элиас был явно раздражен заточением, но, вздохнув, он открыл дверь, и впустил караван слуг, несущих лотки с ароматной пищей. Лорд был явно на пределе, его глаза метались от одного человека к другому, пока те выполняли свое дело, а потом быстро исчезали за дверью. Каждый из слуг прятал свои глаза от господина, стараясь как можно быстрее выполнить свои обязанности и скрыться от его недоброго взгляда. Я вспомнила некоторых дворян в Стратклайде, которые часто вели себя точно так же, как муж, и мы-прислуга, старались опустить головы и остаться невидимыми. Знать славилась тем, что наказывала прислугу за недостаточную быстроту и старательность. Мне показалось, что Элиас был таким же.
В конце-концов, я поблагодарила последнюю девушку, которая была ненамного моложе меня, и та, быстро кивнув, вышла из комнаты. Провожая ее взглядом, я заметила, что сломанный стол и диван с утренней прихожей исчезли. На их местах стояла новая мебель