Элиас повернулся ко мне, его глаза горели, но не так, как накануне, когда он касался меня. Сейчас в них был гнев и ненависть, но они выглядели отчаявшимися. Я уже видела их такими однажды.
- Ты видишь? – спросил Элиас. Он подошел ко мне и его руки обхватили мои щеки. Он был нежен, его пальцы поглаживали мою кожу, и я не боялась его действий, даже, несмотря на то, что его глаза горели.- Ты понимаешь, почему я не мог жениться на ней? Даже, не смотря на то, что Карлайл приказал мне? Я не мог, я бы не женился на дочери человека, который убил моих родителей. Ты понимаешь, Бригида? Пожалуйста, пожалуйста, пойми. Я не мог сделать этого. Я не мог.
- Я понимаю, - сказала я. Он закрыл глаза и прикоснулся своим лбом к моему.
- Это правда? – спросил Элиас. Его тон снова стал холодным и настороженным. – Ты действительно понимаешь, о чем я говорю, или говоришь так потому, что я хочу это услышать?
Застигнутая врасплох, я не знала, что ответить, и лишь бежавший по позвоночнику холод отвлек меня от его резкого голоса.
- Пожалуйста, не смотри так, - сказал Элиас мягким голосом. – Я не хотел пугать тебя… Я просто хочу слышать правду. Ты такая скрытная, что я не знаю, что ты на самом деле имеешь в виду, отвечая на мои вопросы.
- Вы действительно верите, что именно Ателард так поступил с вашими родителями?
- Да, - сказал он, не задумываясь.
- Тогда я понимаю вас, - сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. Глаза Элиаса мгновение изучали меня, а потом он кивнул.
- Спасибо, - сказал он. – Я хочу, чтобы ты всегда говорила то, что на самом деле думаешь и во что веришь, когда мы с тобой одни.
- Но не тогда, когда мы находимся среди других людей? – спросила я. Элиас нахмурился.
- Я бы не хотел, чтобы ты противоречила мне в присутствии других людей, нет, - сказал он. – Но ты должна иметь желание говорить свободно большую часть времени. Если конечно рядом нет кого-то более высокого по положению, например короля и королевы, или принца и принцессы от рождения, а не по браку, в других случаях твои слова значат больше.
- Но вы не говорите об этом в присутствии других? Вы ни слова не произносите о… предательстве вашей семьи или войне с Стратклайдом?
- Нет, конечно, нет, - голос Элиаса прозвучал сурово и мрачно. – Если я заговорю об этом прилюдно, их могут предупредить о моих планах. Ателард убил моих родителей. Я не в состоянии доказать это, но мое сердце знает это. Он хотел наши земли, и завоевал большинство из них, и только по воле церкви я до сих пор имею права на замок, но земли вокруг него принадлежат Ателарду.
- Вот почему вы выбрали меня в свои жены, чтобы вовлечь Ателарда в войну, – пробормотала я, и тут же пришла в ужас от того, что проговорилась, и перестала дышать.
- Почему ты так говоришь, Бригида? Ерлин не упоминала такие детали.
Другого выхода не было. Пришло время, когда я должна признаться в своей нескромности, надеясь на помилование с его стороны. Я снова вспомнила, как извозчик просил о пощаде, но рядом не было никого, кто был способен защитить его. Я взглянула на Элиаса, стоящего передо мной в ожидании ответа.
- Я слышала ваш разговор с Джарельдом, - тихо произнесла я. – Я не спала и слышала, о чем вы говорили. Я собиралась рассказать вам… я не хотела подслушивать… я просто дремала.
- Что ты слышала?
- Все, мой… Элиас.
Он молчал некоторое время.
- Кажется, ты имеешь привычку подслушивать разговоры, не предназначенные для чужих ушей, - сказал Элиас. Я не могла понять, злился он или нет. – Что еще ты слышала, о чем я не знаю?
- Ничего мой господин, - сказала я спокойно. – Я не хотела скрывать это от вас, я собиралась вам рассказать, клянусь.
- Это не важно, Бригидаа, - сказал Элиас. – Кажется, мне, в любом случае, нечего от тебя скрывать.
- Мне очень жаль, мой господин.
- Я все время буду становиться для тебя господином, когда ты будешь чувствовать опасность?
- Возможно, - ответила я. Элиас рассмеялся и напряжение спало.
- Тогда ты, наверное, услышала и про Лию, - спросил Элиас, и я кивнула.
- Кто она? – поинтересовалась я.
- Лия была… моим лучшим другом.
- Что с ней случилось?
- Я расскажу тебе, - кивнул Элиас. Он стоял и держал меня за руки. – Мне было бы проще показать тебе, то, что я буду рассказывать. Пойдем.