- Хотите еще чаю?
Элиас молча покачал головой. Во время обеда он не говорил ни слова, после того, как я ответила на все его вопросы про других служанок, он внезапно остановился и притих. Лорд отошел от окна, стоя возле которого, рассматривал лес, потом сел на стул у огня, но не сказал и двух слов с самого обеда, к которому едва притронулся. Лишь когда солнце начало садиться, супруг вернулся в кресло, и рассеяно уставился на огонь.
Так как Элиас явно находился не в настроении для общения, я провела некоторое время, рассматривая гардероб, в котором было полно новых платьев. Моя одежда висела рядом с одеждой Элиаса. Здесь было несколько обычных, ежедневных платьев, таких, какие носили благородные женщины, и одно нарядное платье голубого и кремового цветов. Я задумалась, не это ли платье я должна была одеть на наш прием. Здесь же были две ночных рубашки, длинный плащ, и пара длинных перчаток. В шкафу были небольшие выдвижные ящики, в которых лежали драгоценные украшения для волос.
После внимательного осмотра гардероба, я помыла всю площадь кадки для купания и убедилась, что ткань, которой Элиас мылся ранее, унесли. Я разложила сухие полотенца, а потом задумалась, кто раньше из нас должен начать готовиться ко сну. Взглянув на стул, на котором сидел Элиас, я покраснела, поняв, что он наблюдает за мной.
- Я хочу, чтобы ты заботилась обо мне.
Я была поражена его голосом, после стольких часов молчания.
- Я буду, Элиас. Вы в чем-то нуждаетесь?
- Только в понимании, - ответил он. Его голос был кротким и прерывистым. – Иди сюда.
Элиас поставил пустой бокал на стол рядом с собой и откинулся на стуле. Я подошла и встала перед ним. Мои пальцы скрутило, это был верный признак моего трепета. Я пыталась заставить их остановиться, надеясь, что Элиас не заметит, но он взял меня за руки и заправил прядь моих волос за ухо, потом раскинул руки в стороны и поднес их к своей груди.
- Садись, - сказал он. Я начала пододвигать еще один стул, но он остановил меня. – Не там. Сюда.
Элиас коснулся рукой своих бедер. Я медленно подошла к нему и повернулась спиной, глядя вниз туда, куда он указал, пыталась понять, каким образом мне сидеть там. Я повернулась боком, собрала юбки и села верхом на колени, таким же образом, как когда мы ехали в Аббатство. Руки Элиаса расположились около нижней части моей спины. Он долгим взглядом осмотрел меня, прежде чем заговорил.
- Я никогда раньше не задумывался о жизни крепостных, - сказал он, - желая лишь убедиться, что земли находятся в безопасности от воров, и завоевателей. У нас очень много крепостных, но я никогда не думал о том, какой может быть жизнь вне двора. Когда я понял, что мать Агнесс была убита за то, что не справлялась со своей собственной фермой, я был потрясен. Моя первая мысль была о том, что Ателард никогда не заботился о своем народе. Вторая мысль - что я убивал и за меньшие провинности.
Я отвернулась от него, задаваясь вопросом, скольких людей, подобных мне, он убил в гневе, и тут же мне вспомнился извозчик. Он наверняка умер бы, если бы Элиас не услышал мои мольбы. Я до сих пор не знаю, почему я просила за жизнь человека, или почему Элиас решил отказаться от своего наказания. Я почувствовала, как неожиданная дрожь пробежала по моим конечностям.
- Следующее, о чем я задумался, была ты. Я думал о том, как легко подобная участь могла случиться с тобой, до того, как ты попалась мне на глаза. Ты могла прийти к подобному концу, и тогда тебя не было бы здесь со мной. И меня это очень сильно встревожило…
Я почувствовала, как его пальцы сжались на моей спине. Его рука скользнула вверх к плечам и притянула меня к нему. Моя голова покоилась на его груди, а тело плотно прижималось к его. Другая рука, обернулась вокруг моего бедра, он держал меня практически, как ребенка.
- Мысль о нанесении вреда человеку сейчас очень мучает меня. Я понимаю, что это может показаться смешным, глядя на мое недавнее поведение, но тогда я был не в своем уме. Иногда мой нрав мешает мне ясно мыслить, и я поддаюсь порыву, заглушающему голос разума. Но сидя сейчас здесь, понимая это, я даже не могу объяснить, что чувствую, думая, что тебе могут причинить боль или вообще убить. И теперь я понимаю, почему ты ведешь себя так, зная, что наложило на тебя такой отпечаток…
Элиас замолчал, и я чувствовала, что он прикасается к моим волосам.
- У тебя есть другие ушибы, Бригида? – спросил он голосом, полным заботы. – Я причинил тебе боль еще где-нибудь? Если я замечу какие-нибудь другие раны без предупреждения…
Он снова замолчал, у меня не заняло много времени, чтобы решить, что сказать ему о своей руке это намного лучше, чем он сам потом заметит.