– Извини, – выдохнула я, когда ухватилась за полку, чтобы удержать себя от падения на задницу.
– Не беспокойся о...
Я резко развернулась и предстала перед парнем, когда узнавание одновременно накрыло нас обоих. За последние несколько недель я крайне редко видела Скотта, и я заметила, что его лицо полностью зажило с момента нашей стычки. Это едва ли смягчило чувство вины, которое я всё ещё носила в себе за то, что сделала с ним, особенно после того, как выяснила, что живёт внутри меня и насколько серьёзно я могла причинить ему вред, если бы не сдержала себя.
Мы ошарашено смотрели друг на друга в течение нескольких секунд, и я ожидала, что от него последует один из его типичных язвительных комментариев. Но вот что я никак не ожидала, так это печальный, уязвлённый взгляд, который неожиданно промелькнул на его лице. В один миг он исчез, сменившись надменным выражением лица, с которым я очень хорошо была знакома. Он протолкнулся мимо меня, направившись в другую сторону, как будто ничего и не произошло.
Я продолжила идти к своему столу, и положила свой рюкзак на стол, пока задумчиво размышляла о странной реакции Скотта. Мне показалось, что это не имело ничего общего с дракой, если уж на то пошло, он до сих пор обижался на меня за это. Между нами не было никакой утраченной любви, без сомнения. Скорее всего, я просто застала его в неподходящий момент, что совсем не имело никакого отношения ко мне.
Но я не могла не сравнить боль, которую мельком увидела на его лице, с его выражением лица в тот день на школьном дворе, когда я наорала на него и сказала ему, что не хочу быть его другом. Я настолько была поглощена ребяческим гневом из-за пострадавшего ворона, что и не заметила, как сама причинила боль, но уже Скотту. Это заставило меня задаться вопросом, когда я вытащила учебник по биологии: "Были бы мы со Скоттом до сих пор друзьями, если бы я не застала его за причинением вреда Харперу. Был бы кто-либо из нас сейчас тем, кем мы являлись, если бы наша дружба продолжила существовать?"
Я покачала головой, чтобы очистить свой разум. Было бесполезно гадать об этом после стольких лет, и сейчас у меня были куда серьёзней проблемы, о которых мне надо было беспокоиться.
– Уже говоришь сама с собой? Это не хороший знак, – Роланд сел рядом со мной с испытывающим взглядом.
Питер занял место напротив меня и подался вперёд, чтобы прошептать:
– Роланд рассказал мне что случилось. Это вообще какая-то безумная чертовщина! – его глаза сверкали от воодушевления. – Не могу поверить, что ты знаешь таких людей, как этот парень Мэллой.
– Да, дядя Грега, как же, – добавил Роланд с некоторым негодованием по поводу лжи, которую я ему высказала, когда он столкнулся со мной и Мэллойем в пиццерии "У Джино".
Я перевела дух.
– Послушай, я сожалею об этом, правда. Но мужчины, подобные Мэллойю не любят, когда много людей в курсе их бизнеса. После вчерашнего, думаю, ты можешь понять почему.
Роланд поджал губы.
– Нет, да ты издеваешься.
– Итак, что произошло прошлой ночью? – поинтересовался Питер. – Насколько взбешён был Мохири, когда обнаружил, чем вы занимались?
Я одарила его скептическим взглядом.
– Ты что спятил? Да я ни за что не расскажу ему об этом.
Я даже и не сомневалась, что прошлая ночь прошла бы совсем иначе, если бы Николас обнаружил правду.
Миссис Коуп, библиотекарь, проходя мимо, послала нам суровый взгляд, и мы все затихли, пока она не ушла.
Первым заговорил Роланд:
– Он спросил куда ты ходила?
– Да, но я не настолько глупа, чтобы рассказывать ему.
– Готов поспорить, он рассвирепел.
Я покачала головой.
– Он был... странным. Он как бы отпустил это и рассказал мне о Мохири, – как я могла объяснить перемену в Николасе прошлой ночью, когда сама не понимала этого? – Вы не поверите в это. У меня есть дедушка, который хочет встретиться со мной, и он выглядит чуть старше меня. Это же чёрт знает что?
– Ты собираешься встретиться с ним?
Взгляд Роланда был обеспокоен, и я задумалась: "А не боялся ли он, что теперь я сближусь с Мохири, так как знаю, что у меня там есть семья".
– Я не знаю. Когда-нибудь, – ответила я честно. – Это слишком много, чтобы принять, но это не изменит то, как я отношусь к тому, чтобы проживать с ними.
Питер шумно выдохнул.
– Вот глупец, а я-то считал, что наши жизни были запутанными. Не знаю, как ты можешь выглядеть настолько спокойной, учитывая всё это сумасшествие.
Уличив возможность, которую я так ждала, я поджала губы и жестом позвала их податься ближе ко мне.
– Мне надо кое-что сделать, – прошептала я. – Есть кое-кто с кем мне необходимо встретиться.
– Нет! – прошипел Роланд так громко, насколько осмелился. – Это слишком опасно, Сара.
– Шшшш. Выслушай меня, прежде чем вспылишь, – тихо произнесла я. – У меня есть только два дня, чтобы встретиться с тем парнем, до того как он уедет навсегда, и возможно, у меня никогда больше не появится другого шанса выяснить что же он знает о моём отце. Он хочет встретиться в дневное время, и он сказал, что я сама могу выбрать место, при условии, что оно будет общественным. И он не обмолвился, что мой друг не может быть где-то поблизости.
– Но...
– Никаких но, Роланд. Вы говорили, что хотите, чтобы я перестала утаивать от вас что-либо и обращалась к вам за помощью, и это именно то, что я сейчас и делаю. Я сделаю это с вашей помощью или без, но я предпочла бы сделать это с вами.
– Ты серьёзно считаешь, что сможешь спровадить своих телохранителей после твоего последнего трюка? – спросил Роланд тоном, в котором абсолютно не было никакой уверенности.
– Вы на самом деле думаете, что мы втроём не сможем перехитрить парочку Мохири – на нашей родной земле?
Я наблюдала за тем, как они распрямили плечи на мою уместную насмешку. Две вещи я узнала о своих друзьях-оборотнях: они не любили когда их сравнивали с Мохири, и они очень близко к сердцу принимали всё то, что касалось "это наша территория" темы.
– Какой план? – поинтересовался Роланд с новым блеском в глазах.
– Пока не знаю. Я надеялась, что вы сможете мне помочь выработать единый план.
Мы столкнулись лбами – буквально – и начали делиться идеями. Каждая, из которых мы придумывали, была быстро отброшена в сторону, потому что я слишком много раз сбегала от Николаса с Крисом, чтобы они теперь попались на ещё одну из моих уловок. Что бы мы ни запланировали, всё должно было быть немного более замысловатым, чем-то таким, на что требовалась стратегия и планирование. Только проблема заключалась в том, что у меня не хватало идей, а мои друзья справлялись не намного лучше меня.
Наш мозговой штурм был прерван, когда к нашему столу подошёл Дилан. Я не общалась с ним со времени вечеринки, и теперь, после истории с Самсоном, чувствовала себя немного застенчиво в его обществе. "Говорили ли парни о таких вещах так же, как это делают девчонки?" Я чуть ли не заёрзала на своём месте, взмолившись, чтобы ответ на данный вопрос был громогласным "нет".
Дилан послал мне свою фирменную кривобокую улыбку, и я сразу же расслабилась. Либо Самсон ничего не рассказывал, либо Дилан поступал, как джентльмен. Он сел на угол нашего стола.
– Я как раз вас и искал. Хочу вас лично пригласить на вечеринку семестра.
Роланд ухмыльнулся.
– О, да? Что-то вроде гулянки четвёртого июля? Дружище, мне потребовалось два дня, чтобы оправиться после такого.
– Двухдневное похмелье? Как трогательно, – забавляясь, прокомментировала я, удивившись, сколько же надо выпить, чтобы так долго страдать тяжёлым похмельем.
– Лучше. Родители собираются завтра уехать в Майами, так что весь дом в моём полном распоряжении на все выходные. Они запретили какие-либо вечеринки в самом доме, но сарай для лодок не запрещён. Несколько парней приезжают порепетировать около полудня в субботу, и мы решили, почему бы нам не посвятить этому весь день. Провести весь день на озере и развести гриль, приготовить ужин. А затем вечеринка на всю ночь, – он нахмурил бровь. – Ох, и это эксклюзивное приглашение. Предки откажутся от меня, если весь школьный округ появится у меня так же, как и в прошлый раз.