Грузовик замедлил свой ход, я подняла голову и обнаружила, что мы находились у старого маяка Сигнал-Пойнт. Маяк уже давно был выведен из эксплуатации и несколько лет тому назад считался излюбленным местом для тусовок. Время от времени здесь до сих пор устраивались вечеринки, потому что полицию по большей части это не волновало. Вид облезлой белой башни, окружённой линялым белым частоколом, принёс множество воспоминаний, но практически ничуть не облегчил бремя, давившее мне на грудь.
Роланд открыл дверь со своей стороны.
— Ты хочешь зайти внутрь?
Ветер, как ни удивительно, сегодня оказался здесь очень спокойным, так что я предложила:
— Давайте посидим на обрыве.
Мы брели сквозь траву, пока не приблизились к краю обрыва. Втроём мы сели в виде кольца, отгородившись от всего остального мира высокой стеной травы. Высокое синее небо над нашими головами, словно точками, было усыпано маленькими белыми облачками, а внизу прибой разбивался об скалы в хорошо знакомом ритме. В этой мирной обстановке крайне сложно было поверить, что плохие события могут случаться.
— В прошлый понедельник ко мне приезжал Николас.
— Какого хрена ему надо?
Нельзя было не услышать неприязнь в тоне Питера, и внутри меня всё съёжилось. Будет ли он в скором времени испытывать такое же чувство в отношении меня?
— Он поведал мне некую информацию, которая немного выбила меня из колеи. Я не знаю, как рассказать вам об этом, — я перевела взгляд с Питера на Роланда и увидела на их лицах смесь любопытства и беспокойства. — Это очень тяжело, так что позвольте мне сначала закончить рассказ, прежде чем что-нибудь скажите. Ладно?
Они оба в согласии кивнули. Я собралась с духом и начала с момента как возвращалась домой и обнаружила его, ожидавшим меня перед книжным магазином. Я рассказала им, что он отследил номер машины Роланда и интересовался у меня о моих родителях, и сообщил мне, что знал мою мать. Когда я поведала им, что Мохири могут чувствовать друг друга и Николас признал меня в тот же миг, как только мы встретились, из Роланда вырвался тихий звук, но он не промолвил ни слова. Он и словом не обмолвился до тех пор, пока я не сказала о том, что Николас объявил мне, что я должна быть с Мохири.
— Что ты ему ответила? — спросил он натянутым голосом.
Я сцепила руки вместе.
— Я сказала ему, что моё место здесь, с вами и Нейтом.
— Хорошо.
— Я подумала… что поскольку вы ненавидите Мохири, то не захотите иметь ничего общего со мной, когда обнаружите, что я одна из них.
— Из-за этого ты была расстроена всю неделю? — от обиды во взгляде Роланда на мои глаза навернулись слёзы. — Ты всерьёз думала, что мы вот так поступим.
— Нет… я не знаю. После того, как Брендан с Максвеллом высказались о них и вы оба не скрывали своё отношение к Николасу, что я должна была подумать?
Роланд испустил продолжительный вздох.
— Мохири не нравятся нам, но мы не рассматриваем их как нашего врага. И то, что ты одна из них, не меняет того кто ты.
— Полагаю, я просто была очень сильно расстроена, что не подумала об этом в таком ключе.
— Так значит твоя мама одна из них? — Питер покачал головой. — Всё это время мы дружили с Мохири и совершенно об этом не знали.
Роланд не смог сдержать своей ухмылки.
— Спорю, что он не был обрадован, когда ты сказала ему, что предпочитаешь остаться с кучкой оборотней.
Я вспомнила выражение лица Николаса, когда сообщила ему, что не хочу уезжать.
— Не был.
— Что будет теперь? Они оставят тебя в покое? — спросил Питер.
— Я не знаю. Несомненно, обнаружение сирот очень важно для них, и я гораздо старше, чем другие сироты, которых они привлекли в свой образ жизни. Они хотят, чтобы я присоединилась к ним, но я не позволю им заставлять меня делать то, чего я не желаю.
Роланд прогнал насекомого, жужжавшего у моего уха.
— Почему ты старше других сирот?
Я прикусила губу. Я умышленно опустила несколько определённых деталей о Мохири, поскольку хотела увидеть, как мои друзья отреагируют на такую новость, прежде чем выложу им всю информацию.
— Что вы, парни, знаете о Мохири, кроме того, что они охотники на вампиров?
Питер приподнял плечи.
— Немного. Как папа сказал прошлой ночью, они представляют собой своего рода тайное общество. Они обладают супер-скоростью и силой, и —, — он схватил мою руку. — Эй, это же означает, что ты можешь двигаться, как и они.