Позади себя я расслышала шум шагов, но мне не надо было поднимать взгляд, чтобы понять, что это не был кто-то из моих самопровозглашённых защитников. Девушки, спускавшиеся по насыпи, цеплялись друг за дружку и визжали, будто падали с горы.
— Я не понимаю этого. Что в ней такого особенного? — захныкала Джесси Кларк. — Ты видела, как Самсом чуть ли не слюной истекал, глядя на неё. Самсон, который даже не посмотрит на девушку, если она не из колледжа!
— Я знаю! — вклинилась Мэри. — Я попробовала поговорить с тем тёмноволосым красавчиком, но он наблюдал за ней, как чёртов ястреб. Мне показалось, что они с Самсоном собираются из-за неё подраться.
Мои уши горели, и я испытала облегчение, что никто не может видеть румянец, растёкшийся по моим щекам. У меня не было никаких сомнений, что говорили они обо мне.
— Не уверена, что она даже нанесла какой-нибудь макияж? — заявила Джесси, словно отсутствие подводки было преступлением против Капитолия.
Я красила ресницы тушью, а губы блеском, или это уже не берётся в расчет?
Фэйт подавилась от смеха.
— Ну, а что вы ожидали? Она тусуется только с парнями. Может быть, они получают кое-что, о чём мы не знаем.
— Ты думаешь, она такая? — нетерпеливо спросила Мэри.
— Кто её знает, — ответила Фэйт. — Но если вы спросите меня…?
Я не смогла расслышать остальную часть её ответа, поскольку они прошли мимо меня, даже не осознав, что я там была. Мои руки сжались в кулаки на коленях, и я была рада, что никто не заметил, как я подслушивала разговор между тремя девушками.
Всё веселье вечеринки покинуло меня, и я чувствовала себя так, словно хотела залезть под куст, где никто не побеспокоит меня до тех пор, пока не наступит время уходить. Я встала и решила уйти на футов десять вглубь пляжа, где смогла бы побыть в одиночестве, но костёр будет в поле зрения. Похолодало, и было зябко вдали от огня. Я затянула жакет потуже вокруг себя и прижала колени к груди. Близко к воде, волны заглушили голоса и музыку и заставили меня почувствовать себя так, будто я находилась здесь в полном одиночестве.
Я подняла камень и бросила его в воду. Это всё их вина. Я не могла даже притвориться, чтобы вести себя как обычный подросток, без того, чтобы эти двое не испоганили всё это.
Я почувствовала касание к своему разуму, и мне пришлось сдержать себя, чтобы не завопить от разочарования. «Неужели это слишком много, попросить пять минут для самой себя?»
— Пожалуйста, уходи, — сказала я, не подняв головы. — Я обещаю, что не буду веселиться и не упаду в океан в своём опьяневшем состоянии, если ты оставишь меня в покое.
Он сел на песок рядом со мной, и я проигнорировала теплую ладонь, прикоснувшуюся к моей руке. Между нами повисло безмолвие. Я не хотела вновь ругаться, так что я хранила молчание и ждала, когда он заговорит.
— Я слышал, что некоторые сироты воспринимали переход к жизни Мохири очень хорошо, другие же старались изо всех сил приспособиться. В конечном счёте, все они полюбили наш образ жизни.
Я вглядывалась в тёмные воды.
— Может все потому, что до этого их жизнь была не столь хороша. Должно быть отстойно быть маленьким ребёнком с демоном, вызывающим полное разрушение в твоей голове. Но я не такая, как они.
— Нет, ты не такая.
— Почему?
Ему потребовалась целая минута, чтобы обдумать ответ.
— Ты очень сильная, я не имею в виду физически. Как я тебе уже раньше говорил, ты обладаешь поразительным контролем над своим Мори; он фактически пассивный.
— Не похоже, что у тебя имеются какие-либо проблемы со своим, — сказала я.
Николас усмехнулся.
— У меня было много лет, чтобы овладеть таким сильным контролем, и всё же он не настолько хорош, как твой.
— Ох, — я поразмышляла над этим немного. — Но ты ведь контролируешь его, верно? Ты же не собираешься сотворить что-нибудь в стиле Линды Блэр10 по отношению ко мне, правда, поскольку я уже пережила всевозможное сумасшествие, с которым смогу справиться в течение одного года.
Его смех был глубоким и тёплым, и вопреки своему мрачному настроению, я почувствовала, как улыбка подёрнула мои губы. «Как он мог в одну минуту выводить меня из себя и в следующую заставлять меня улыбаться?»