- Больше всего на свете. Я и уехал потому, что думал, что сойду с ума, если еще немного останусь дома. Мне нужно было хоть немного отвлечься, чтобы не думать о тебе, поэтому я уехал.
И тут же почувствовал, как она задрожала.
- Почему ты остался там?
Если бы у него была возможность вернуться. Если бы только он мог вернуться тогда. К ней. Он бы сделал это без промедления. Но у него не было такой возможности. Как и сейчас не было возможности остаться из-за чертового приступа. Она не должна была этого увидеть, а Кит обязан был прежде кое-что сделать.
- Потому что… мне было… – Он быстро покачал головой. – Не очень хорошо, и я… мне нужно был выспаться. Я проспал там всю ночь, и в той постели кроме меня и мыслей о тебе, не было никого.
Ее пальцы замерли у него на шее в дюйме от самого опасного места.
- Не очень хорошо? С тобой что-то произошло?
Пока Кит отчаянно пытался взять себя в руки, ее палец незаметно, но всё же коснулся его головы, того самого места чуть выше затылка, которое уже пульсировало так, что стало очевидно – у него осталось слишком мало времени до наступления полной темноты. Парализованный внезапной болью, которая в ту же секунду вспыхнула во всем теле от этой невинной ласки, Кит зажмурился и какое-то время не мог пошевелиться, ожидая, когда боль уйдет. Боль, которая всё ж сумела вытеснить всепоглощающее желание. Жгучая боль, которая в скором времени должна была полностью поглотить его. И возможно навсегда разлучить с Агатой.
Вероятно, она что-то почувствовала, потому что в ту же секунду убрала руку от его головы и повернула к нему свое лицо.
- Кристофер, что с тобой? Тебе… плохо?
Боже, если она уже сейчас заметила его состояние, что она испытает, когда наступит настоящий кризис? Не должна, Боже, она не должна увидеть его в состоянии приступа! Едва дыша, Кит каким-то чудом выровнял дыхание, открыл глаза и выпрямился. Он не имел права пугать ее.
- Скажи мне… Ты бы не ушла тогда, если бы не это? Ты бы дождалась меня?
Глаза ее потемнели, Агата дышала едва заметно. И дрожала. Но взгляд не отвела. И ответила, тихо, почти шепотом, но сказала то, что перечеркнуло почти всё.
- Я бы не ушла.
Кит застонал и каким-то чудом удержался от того, чтобы не прижать ее к своей груди, чтобы никогда больше не отпускать от себя.
- Я восхищаюсь твоим мужеством. Я бесконечно благодарен тебе за твою честность. – Взглянув на ее губы, самые желанные, самые восхитительные губы на свете, он осторожно провел пальцем по ее нижней губе. – Знаешь, как сильно я хочу поцеловать тебя сейчас? Знаешь, как давно я хочу это сделать? Как много сил мне приходится прикладывать, чтобы удержаться от этого… Сейчас мне нужно уйти, я должен сделать кое-что очень важное. Но я вернусь. Обязательно вернусь и тогда… Тогда меня уже ничто не остановит, слышишь меня?
Она не ответила. Кит и не ждал, что Агата ответит, потому что по выражению ее изумленных глаз видел, что она поняла. Поняла все его намерения. Как прошлые, так и будущие.
Впервые за долгое время Кит ужаснулся того, что ждет его впереди. Того, что он был не в силах предотвратить. Он вдруг испугался, что это была их последняя встреча, что он больше никогда не увидит жену, эту удивительную, смелую и самоотверженную женщину, так глубоко запавшую ему в душу. Которая вместо того, чтобы требовать объяснений, предпочла проткнуть его сердце мечом. Он действительно был покорен ею, но сейчас было важно только одно: Кит совершенно точно знал, что не вынесет, если даже тень подозрения того, чего он не совершал, будет и дальше преследовать ее. Особенно если его больше не будет рядом с ней. Не такие мрачные воспоминания он хотел оставить ей после себя.
Он не мог удержаться и, опустив руку, медленно коснулся ее губ своими, чтобы еще раз ощутить их тепло. Только прикосновение и ничего больше. Только лишь попытка впитать в себя это волшебство, это чудо. Агата застыла, как застыло и его сердце, потому что ее губы были божественными, невероятными, пьянящими. Кит не предпринял попытки поцеловать ее по-настоящему. Это всё, что он мог забрать себе и дать ей сейчас. Потому что должен был действительно сделать кое-что важное. Пока не забыл этого.
Тяжело дыша, Кит отошел от жены, развернулся и быстрыми шагами вышел из бальной залы, всем сердцем надеясь, что еще не поздно. Еще и потому, что сегодня утром он получил записку от Джона Фишера с просьбой о встречи в Буте. Совсем скоро его собьет с ног нечто зловещее. То, что приведет даже его сдержанную и такую терпеливую жену в ужас. Которая став свидетельницей такого зрелища, никогда больше не захочет иметь с ним ничего общего.