С трудом поднявшись с кровати, Агата медленно побрела в свою комнату, где ее ждала удивленная Рут. Увидев бледную, едва живую хозяйку, она хотела было заговорить, но Агата предостерегающе подняла руку, запрещая ей произносить хоть слово. Обернувшись, она снова взглянула на лежащего в кровати Кристофера, словно должна была убедиться в том, что он там. Разумеется, он был там. Вид застывшего Кристофера с пепельно-бледным лицо причинил ей такую острую боль, что она зажмурилась, с трудом отгоняя слезы. Ей было невыносимо видеть его таким. Таким разбиты, потерянным и совсем одиноким. Но она дала ему слово, что обязательно вернется. Как только кое-что сделает.
Закрыв дверь и отойдя от нее, Агата взглянула на Рут.
- Помоги мне переодеться и передай всем слугам, что если хоть кто-нибудь вздумают шуметь, я уволю любого! В доме должно быть так тихо, как это возможно.
Рут обеспокоенно смотрела на свою хозяйку.
- Что случилось? Что с вами? Вы такая…
Агата не желала говорить о произошедшем. Даже со своей верной камеристкой.
- Принеси мне щетки, ведро воды и тряпки. Как можно много тряпок.
Через полчаса одевшись и вооружившись нужными предметами, Агата тихо вошло в комнату Кристофера. Он лежал почти так же, каким она оставила его. И снова у нее сжалось сердце, когда она посмотрела на него. Ей хотелось подойти, обнять его и защитить от всего, что угрожало ему.
В очередной раз убедившись, что он дышит ровно и глубоко, Агата стала тихо убираться в его комнате, вынося все бутылки, всю грязную одежду и скопившийся мусор. Убрала все подсвечники с догоревшими свечами, которые передала ошеломленным слугам на чистку. Вычистила и подмела все осколки, протерла всю толстую пыль и даже приоткрыла одно окно, чтобы впустить в комнату свежий воздух. И все это сделала так незаметно и тихо, как только могла.
Закончив, она в нерешительности застыла посередине комнаты. Теперь уже чистые часы на каминной полке показывали полдень, но Кит даже не пошевелился. И это… Агата понимала, что он должен набраться сил после такого кризиса, и всё же вместо облегчения она испытывала едва сдерживаемую панику. Она хотела, чтобы он очнулся. Чтобы посмотрел на нее и знал, кого видит. Чтобы узнал ее! Иначе… Она даже не представляла, что будет делать, если он не узнает ее. Если он никогда больше не узнает ее. Это будет… это будет самой большой трагедией ее жизни.
Не в силах больше думать об этом, она вышла из его комнаты и прикрыла дверь. В гостиной ее ждала взволнованная Рут, которая, передав слова хозяйки всем слугам, лично видела, как те ходят почти на цыпочках и разговаривают друг с другом шепотом.
- Миледи, – обеспокоенно начала она, сжимая перед собой руки. – Как вы? Вы так и не позавтракали.
- Я… я не хочу есть.
При одной мысли о еде Агату начинало тошнить.
- Простите, что прерываю вас, но к вам пришли.
Агата удивленно посмотрела на Рут.
- Пришли? Но кто?
Кто мог прийти к ней? Тем более так рано.
- Графиня Бьюмонт с двумя дочерьми. Флеминг проводил их в большую гостиную внизу и велел подать туда чай, а меня отправил к вам, чтобы я сообщила…
Агата внезапно ощутила такое сильное головокружение, что чуть было не упала. Дрожа всем телом, она спешно ухватилась за спинкой стула. Рут подлетела к ней и удержала за локоть.
- Боже… – пробормотала Агата, ощущая невероятную слабость во всем теле.
- Что с вами? Давайте я помогу вам лечь. Вам нужно отдохнуть. Вы выглядите так, словно не спали всю ночь.
Да, она и не спала, но не могла допустить и мысль о том, чтобы заснуть. И оставить Кристофера одного.