Сложив руки на широкой груди, он опустил ногу на пол и тут же поймал ее взгляд.
- Как вас зовут?
Даже в таком расслабленном состоянии он излучал опасность, но Агата вдруг поняла, что не боится его. И что его поведение в самом начале беседы… Оно было продиктовано попыткой скрыть от посторонних его истинные чувства и мысли. И ее догадка подтвердилась, когда она заметила усталые складки вокруг его глаз, будто он не спал очень долгое время.
- Почему вы решили, что я назову вам свое имя? – так же мягко ответила она, не в силах перестать смотреть в янтарные глаза.
И снова его губы не кривились, а дрогнули в несмелой улыбке, будто он боялся улыбнуться в полную силу. Или не знал, как это делать.
- Подумал, что так будет проще.
- Проще для чего?
- Вы всегда отвечаете вопросом на вопрос?
Впервые в жизни.
Агата вздохнула, тяжело и глубоко. Она ушла из бальной залы не для того, чтобы найти остроумного собеседника. Ей нужно было собрать свои разметавшиеся чувства и решить, как быть дальше. А этот… невозможный человек бессовестно отвлекал и сбивал ее.
- Почему вы прячетесь здесь? – поддавшись какому-то порыву, вдруг спросила Агата, вновь оглядев его большую, темную фигуру. – Неужели вас тоже обидели… обидела женщина?
Опустив голову к груди, он бросил на нее скептический взгляд исподлобья, от чего выражение его лица стало еще более строгим.
- Я похож на человека, которого может обидеть женщина?
И снова легкий озноб прокатился по всему телу от этого будоражащего взгляда.
- Вы считаете себя неуязвимым?
Он с улыбкой покачал головой, будто не в силах отрицать того, что она продолжает отвечать вопросом на вопрос.
- Нет, я просто знаю свои возможности. – Помолчав немного, он тихо добавил: – Так вы признаете, что вас обидел мужчина?
Она отвернулась от него.
- Это не имеет значения.
- Почему же?
- Вы совершенно незнакомый мне человек. К тому же вас вряд ли может волновать то, что произошло со мной, потому что вы тоже не знаете меня.
В комнате вновь повисла какая-то странная тишина, но на этот раз тишина не пугала и не разделяла, а каким-то непостижимым образом объединяла.
Глядя в окно, Агата заметила, как мужчина кладет свою руку на свободное место на диване рядом с собой. Красивая рука с длинными пальцами, которые на фоне черной кожи дивана казались почти завораживающими.
- Присядьте.
Его голос действительно обволакивал, и на одно короткое мгновение, закрыв глаза, Агата признала, что этот голос был способен вытеснить из груди даже ту боль, которую невозможно было утихомирить ничем все эти нескончаемые три года. Господи, этот голос…
- Я не должна здесь оставаться – упрямо произнесла она, не сдвинувшись с места.
- Верно, но и стоять не обязательно.
Боже, что за странный человек! Дом леди Хаммонд был открыт для бала, сюда приходили, чтобы веселиться, заводит новые знакомства и приятно провести время. Даже в этой отдаленной от всего мира комнате были слышны тихие звуки музыки, под которой вероятно сейчас танцевали беззаботные пары. Этот человек не должен быть здесь. Такой мужчина был обязан стать центром женского внимания и желанным собеседником для мужчин. Он пугал, но уже не так, как прежде, и всё же от него веяло опасностью. Утешало только то, что леди Хаммонд не стала бы приглашать к себе опасного или недостойного человека, который мог кого-то обидеть.
И снова Агата повернулась к нему, нерешительно глядя на его растопыренные длинные волосы, прическа, совершенно нехарактерная для современных мужчин, ведь мода требовала коротких кудрей и густых бакенбард. Чего у него так же не было.
Он видел нерешительное выражение ее лица, он должен был понимать, что им не следует оставаться здесь наедине.
И всё же она не ушла.
- Хотите, я отвечу на ваш вопрос? – раздался его примирительный голос.
Нахмурившись, Агата отняла от стола свою руку.