Агата полагала, что приступ должен быть пределом его страданий, но сейчас… это казалось просто невыносимым.
Господи, этот дом, герцог, Кристофер, а теперь и Уитни… Всё это… все они пострадали, все они были настолько несчастны, всё это было так ужасно, что Агата потеряла дар речи.
И именно в этот момент раздался наполненный изумлением женский голос.
- Крис? Крис, это ты?..
Кристофер побледнел, как полотно, и едва шевелясь, поднял голову и посмотрел на сестру. Из горла вырвался хриплый стон, похожий на предсмертный вздох умирающего. Агата не спускала тревожного взгляд с мужа, который потрясенно смотрел на сестру. За которого сейчас почему-то боялась больше всего, ведь он недавно пережил свой ужасный приступ.
- Уитни, – прошептал Кристофер шершавым голосом, словно задыхался. – Ты узнаешь меня? Ты знаешь, кто я такой?
Ледяной ужас сменился мучительной болью, которая сдавила горло. Агата едва повернула голову, чтобы взглянуть на его сестру. Которая так же осознанно смотрела на брата. Которая из слов Кристофера прежде не узнавала его!
Господи, что произошло в этом доме? С этими людьми! Ей было так страшно за всех них, что Агата боялась даже пошевелиться.
Уитни вздрогнула, ее плечи опустились, но худенькая рука поднялась в воздухе, словно в отчаянном порыве дотянуться до брата. Это настолько сильно тронуло Агату, что она не смогла сдержать слезы.
- Ты жив? – прошептала она одними губами.
А потом глаза ее закатились, она обмякла и осела бы на пол. Если бы не молниеносная реакция Кристофера, который успел подхватить ее. А потом сам опустился на пол, притянул к своей груди сестру и так крепко прижал к себе, что было больно смотреть на его сгорбленную большую фигуру.
- Господи, – пробормотал он, закрыв глаза и зарывшись бледным лицом в черные распущенные волосы Уитни. – О, Господи…
Агата не могла больше сдерживать себя. Шагнув к нему, она опустилась рядом с ним и обняла его содрогающиеся плечи, в отчаянной попытке хоть чем-то помочь ему. Хоть как-то дать ему силы пережить то, что не смог бы пережить ни один человек. То, что не должно было обрушиваться на него одного.
Это было так невыносимо, что она боялась никогда не прийти в себя. Едва дыша, Агата ощущала его дрожь и понимала, что не может позволить ему и дальше нести эти страдания в одиночку. Она не знала, произошло ли что-то с Уитни от того, по причине которой Кит получил удар по голове, или всё дело было в этом ударе. Что-то, от чего герцог хотел защитить внука и не смог уберечь, став навеки калекой. Только сейчас не это было главное. Сейчас она хотела сделать всё возможное, чтобы помочь Кристоферу пройти через это. Боже, он едва оправился от приступа, а это всё запросто могло возобновить его головные боли. И ведь она даже не успела послать за доктором.
Время вокруг словно замерло. Агата не знала, сколько они просидели так, но потом почувствовала, как Кристофер перестал дрожать. Она была так благодарна ему за то, что он не оттолкнул ее, что позволил ей разделить с ним это непостижимое горе. И шанс воссоединения с сестрой. Которая всё же узнала его. Боже, еще вчера Агата до ужаса боялась, что он сам не узнает ее, а он… он всё это время жил с осознанием того, что его сестра никогда не узнает его, что она может погибнуть, если он не будет приглядывать за ней, вынужденный к тому же сражаться с собственными приступами.
Господи, как он может всё это выносить? Сперва смерть родителей, паралич деда, адские головные боли, а теперь и сестра…
Приподняв голову, он взглянул на Агату совершенно черными от мучений глазами.
- Что с ней? – хрипло молвила она, вытирая слезы.
Он так пристально смотрел на нее, что, казалось, никогда больше не заговорит. После всего, что произошло, Агата не смогла бы винить его за это. Но он заговорил. Низким до боли любимым голосом.
- Она… она безумна… была безумна. Прежде она… никогда не узнавала меня.
Он был потрясен этим не меньше самой Агаты.
- Почему? Что с ней произошло?
Он закрыл глаза и покачал головой, словно ему было невыносимо говорить об этом.