Покраснев до корней волос, она спрятала лицо у него на груди. И выглядела при этом такой беззащитной, что у него чуть не разбилось сердце. Кит обнял ее и прижимал к себе, ощущая ее дрожь. Потрясенный тем, что только что увидел на ее лицо. Не только смущение, не только природную сдержанность, с которой она вновь пыталась бороться с новыми чувствами.
Но и страх и нерешительность! То, что он вселил в нее в их первую брачную ночь, то, что не смог прогнать во вторую. То, с чем она жила всё это время, воспринимая произошедшее между ними как нечто… нежелательное. Его смелая, такая мужественная жена, которая бросала ему вызов, могла фехтовать с ним почти на равных, могла противостоять его гневу, но здесь, перед силой своего желания, которое несомненно она ощущала, Агата отступила и сдалась почти без боя.
Отстранив ее от себя, Кит снова приподнял ее за подбородок и заглянул в слегка напуганные зеленые глаза, которые она пыталась спрятать.
- Мы с тобой в прошлый раз кое-что не закончили. – Кит сделал глубокий вдох, подавляя острое чувство вины, а потом покачал головой. – Наша первая ночь… Прости меня за нее, но тогда… я не должен был уйти от тебя без поцелуя. Я так сильно хотел поцеловать тебя тогда, но боялся, что это тебе никогда не будет нужно.
- Кит… – потрясенно вымолвила Агата, но Кит не дал ей заговорить, прижав палец к ее губам.
- Я не должен был делать того, что сделал тогда. – В его голосе было слышно такое сокрушительное раскаяние, что в ответ сжалось ее сердце. – Та ночь и вторая… Они не должны были быть такими. Я слишком рано все заканчивал. Слишком рано уходил от тебя.
В его голосе звучало столько сожаления и тайного смысла, что это слегка обескуражило Агату.
- Рано? – спросила она, ничего не понимая.
Кристофер погладил ее по щеке, ощущая себя так, словно мог проиграть величайшую битву своей жизни, если только не сможет изменить ее мнение о том, что произошло межу ними в те два раза.
- Я должен был начать с поцелуев, – молвил он, коснувшись губами ее щеки. Агата шумно вздохнула и закрыла глаза. Что было для него многообещающим началом, заставив сердце биться быстрее. – Должен был осыпать тебя поцелуями с ног до головы. – Его губы коснулись кончика ее носика, он осторожно поцеловал одно закрытое веко, затем другое, чувствуя, как она трепещет. Как дрожит, обнимая его за шею, но и не предпринимает никаких попыток пошевелиться, ответить. Кит и не хотел этого, потому что собирался подарить эту ночь ей. Дотронувшись до ее лица, пальцем он очертил нежные контуры, проходясь по ним губами, воспламеняя ее так, как только это было возможно. – Мне следовало обнимать тебя и заставлять испытывать то, что заставляешь испытывать мне ты.
Ее глаза распахнулись, и Кит увидел в них столько изумления и надежды, что у него болезненно ёкнуло сердце. На этот раз у него не было права на ошибку.
Слегка присев, он подхватил ее на руку и прижал к себе.
Ее глаза расширились от изумления.
- Кристофер?
- Позволь показать, как это должно быть. Как это должна знать ты. Как это может быть прекрасно. Я совершал много ошибок в жизни. Позволь исправить хоть бы эту. – Привалившись к ней своим лбом, Кит глухо добавил: – Я не смогу жить, если позволю тебе и дальше думать, будто произошедшее между нами ошибка.
Нахмурившись, она долго смотрела на него прежде, чем сказать тем низким, грудным голосом, от которого мурашки бегали у него по спине.
- Я никогда не считала это ошибкой.
Ее тихий ответ поразил его в самое сердце. Сердце, которое теперь билось только ради нее. Кит хотел не только подарить ей эту ночь, но сделать так, чтобы она никогда не сожалела о том, что позволила ему войти в ее жизнь.
Он не стал больше ждать. Прижимая ее к своему колотящемуся сердце, Кит развернулся и вышел из кухни, а потом поднялся по лестнице и, пройдя мимо дверей ее комнаты, вошёл в свою спальню и закрыл за собой дверь.