- Ш-ш… Успокойся…
- Мама…
Кит закрыл глаза, прекрасно понимая, что испытывает сейчас Уитни. Каково ей узнать все эти страшные подробности. Он сам переживал этот ужас каждый раз, когда терял память, и каждый раз был вынужден заново восстанавливать ее, вспоминая мучительные подробности своего прошлого.
- Тот удар… ты… и Эйлин, – запинаясь, бормотала она.
Кит еще крепче обнял ее, начиная дрожать.
- Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.
Давая обещание, на этот раз Кит был уверен, что сдержит его. Теперь он был более подготовлен. Боль, которая не давала ему покоя все эти шесть лет, стала его силой, движущим оружием, которое уже не ослепляло, но направляло. И он собирался расквитаться с любым, кто вздумает еще раз сунуться к его семье. К его сестре.
И жене.
У него разрывалось сердце, но на этот раз он был уверен, что с Уитни всё будет хорошо. Ведь теперь рядом с ней будет Агата. Они смогут помочь друг другу. Когда рядом не будет его…
Уитни был нужен отдых. Разомкнув объятия, Кит с облегчением заметил, что мрак исчез из ее красивых, но покрасневших глаз. Невинная жертва глупого, необдуманного поступка юнца. Но больше не было юнца. И не было необдуманных поступков. Все было просчитано. Спланировано до мелочей. Уитни был нужен покой. Он уложил ее в кровать и укрыл одеялом.
Свернувшись калачиком, являя собой беззащитное и хрупкое создание, Уитни посмотрела на брата затуманенным, сонным взглядом и тихо спросила:
- Как получилось так, что ты женился? После всего…
Кит много раз думал об этом, о том, что нашел в себе силы сделать подобное, но теперь не представлял, чтобы в его жизни не было Агаты.
Погладив сестру по голове, Кит заправил длинный черный локон за ушко.
- Дед… он говорил, что в Лейнсборо нужно вдохнуть новую жизнь. Что Лейнсборо не должен погибнуть.
- Но он ведь знал, как это будет тяжело для тебя. – Она закрыла глаза, прикусив губу. – И эта коляска, в которой он теперь передвигается. – Сделав глубокий вдох, она хрипло добавила: – Всё так ужасно…
- Не всё так ужасно, – оборвал ее Кит, вытирая с ее щеки очередные капельки слез. – Ты здесь, со мной. Ты узнаешь меня. Это… это похоже на чудо. Это самое главное.
Уитни открыла глаза и накрыла его руку своей.
- И ты здесь. Ты жив. И ты со мной. – Она вдруг улыбнулась сквозь слезы, являя ему свой несломленный духа тогда, когда всё в ней могло быть мертво. – И все благодаря твоей жене. Она оживила Лейнсборо. Оживила всех нас. Она особенная, Крис. – Закрыв глаза, Уитни тихо добавила. – Я рада, что ты женился. Это пошло тебе на пользу.
Она уснула, даже не подозревая о том, что Кит продолжал стоять рядом с ней.
Что-то тяжелое и вековое откололось от его сердца и навсегда исчезло, когда он поверил в то, что Уитни вернулась к нему навсегда. Уитни, которая сжимала его руку даже тогда, когда спала. Такая беззащитная, невинная и до боли родная. Погладив ее по голове еще раз, он задул свечу и покинул ее комнату, ощущая облегчение, какое не ощущал почти всю свою жизнь.
И все благодаря женщине, которая продолжала спать в его кровати, когда он вернулся, разделся, лег рядом с ней и осторожно привлек ее к себе. Агата даже не пошевелилась, а лишь позволила ему опустить свою голову ему на плечо. Жена, которая дала ему то, чего у него не было все эти шесть лет: свободу от страхов и мучений.
Кит с величайшей нежностью погладил ее по щеке, чувствуя, как переворачивается сердце.
- Ты особенная, – прошептал он, зарывшись лицом в ее короткие кудри, которые ему безумно нравились. Вдохнув сладкий запах жасмина, Кит закрыл глаза и повторил слова, которые давали ему незримую силу и внушали ужас одновременно: – Ты самая особенная в моей жизни.
***
Что-то мягкое терлось о шею, назойливо пытаясь разбудить ее, но Агата не могла даже пошевелиться, ощущая блаженный покой, который боялась лишним движением развеять. Она даже глаза не хотела открыть, но снова почувствовала, как что-то теплое прижимается на этот раз к ее щеке.
- Просыпайся, соня, – раздался над ухом до боли любимый голос.
От легкого шепота мурашки побежали по спине. Вздрогнув, Агата открыла глаза и тут же вспомнила, где она. И с кем.