Кит снова прижался губами к ее шее, пробуждая в ней те умопомрачительные ощущения, которые заставил ее пережить нынче ночью. Ночь, которая изменила всю ее жизнь. Агата вздрогнула и закрыла глаза, когда Кит с особой осторожностью поцеловал ей щеку, намереваясь разбудить ее.
Он лежал позади нее, прижимаясь к ее спин обнаженной грудью. И она была обнажена, лежа на животе и, обхватив подушку руками. Нереальность происходящего снова охватила бы ее, если бы дыхание Кристофера не было таким реальным. Если бы легкие поглаживания его руки, которым он массировал ей плечо, не было таким пронзительным.
С трудом удержав рвущийся наружу стон, Агата закрыла глаза, растворяясь в тепле, которым он окутал ее. Боже, она действительно провела всю ночь с Кристофером!
- Любовь моя, просыпайся, – настаивал Кит, опускаясь губами к ее плечу.
Просунув руку под нее, он совершенно точно нашел и сжал ей грудь так, что Агата не смогла удержать дрожь удовольствия. Господи, она бы никогда не познала эти восхитительные ощущения, если бы не встретила Кристофера! Если бы не заставила его жениться на себе…
- З-зачем? – пробормотала она, зажмурившись и сильнее уткнувшись лицом в подушку, чтобы унять трепет, но это было невозможно сделать.
Кит медленно перевернул ее на спину и прижался к ней всем своим большим, теплым телом, откинув с ее лица прядь коротких волос. Затаив дыхание, Агата открыла глаза. И тут же столкнулась с мерцающими янтарными глазами, в которых полыхал совсем другой огонь. В которых затаилось нечто новое, глубокое, сильное, чего она никогда прежде не видела в них. До этой ночи. Это был всё тот же Кристофер, который вчера вошел на кухню, а потом проник ей в душу, перевернув весь мир. Но что-то в нем изменилось. И когда он медленно улыбнулся, она поняла, что мрак в глубинах его глаз исчез.
Кит быстро поцеловал кончик ее носа, проведя ногой по ее ноге.
- Хороший вопрос, – подразнил он ее с лукавой улыбкой. – Но нам действительно пора проснуться, – шепнул он, коснувшись губами ее лба. – Еще и потому, что я ужасно хочу тебя, – добавил Кит, наконец, припав к ее раскрытым губам.
Было так непривычно видеть его, не способного скрывать свои желания. Свободного и такого ласкового. Агата мгновенно вспыхнула и, взяв его лицо в свои ладони, ответила на упоительный поцелуй, который снова собирался перевернуть ее мир. Испивая ее, Кит накрыл ладонью ее грудь и ласкал ее пальцами до тех пор, пока волны удовольствия не стали заполнять каждую клеточку ее тела, заставляя желать большего.
Зарывшись пальцами в его густые длинные волосы, Агата тем не менее не могла не быть осторожной, чтобы не задеть шрама на затылке, но невольно ощутила его под пальцами. Они оба замерили. Кит приподнял голову, глаза его потемнели и пылали, но вместе с желанием в них было и понимание того, почему она замерла.
- Как ты себя чувствуешь? – с трудом спросила Агата, боясь того, что малейшим прикосновением к шраму может вызвать очередной приступ.
Она не заметила, как побледнела от этих мыслей. Нахмурившись, Кит погладил ее по щеке.
- Все хорошо, – заверил он тем своим глубоким, мягким голосом, который всегда успокаивающе действовал на нее. Утренние лучи солнца освещали его до боли красивое обросшее за ночь легкой щетиной лицо. – Моя голова не болит. Но если даже и заболеет… – Его голос затих. Он с трудом сглотнул и добавил: – Я всё равно не забуду тебя.
Это прозвучало как горячее обещание. Потрясенная до глубины души тем, что он понял ее страхи и попытался развеять их, Агата обняла его за широкие плечи и притянула к себе.
- Я не хочу, чтобы ты забывал меня.
Она сама поцеловал его. Так крепко, что Кит застонал и прижался к ней в ответ, боясь того, что не сможет сдержать данное ей сейчас обещание.
Целуя ее, он всё же знал один верный способ, чтобы прогнать неприятные мысли.
- Что ты хочешь, чтобы я сделал? – спросил он, оторвавшись от ее губ.
Кит погладил ее по заалевшей щеке, наслаждаясь удивительными мгновениями, которые она позволила ему разделить с ней. Мгновения, которые он не променял бы ни на что. Которые объединили и привязали их друг к другу так крепко, что это пугало. До ужаса пугало то, что ни к одной живой душе он не позволял себе привязываться так, как к ней.
- Мне нравится всё, что ты делаешь, – тихо шепнула Агата.