За долю секунды до того, как их губы слились, ощущая почти удушающую любовь к нему, Агата всё же не могла не заметить. В его словах прозвучало нечто… зловещее.
Но его поцелуй вытеснил все мысли. Ощущая холодную тяжесть кольца на пальце, Агата обхватила его за шею и прижалась к его груди, полностью растворяясь в нем.
«Я люблю тебя, – стонало ее сердце. – Я люблю тебя», – шептала душа.
Выпустив ее губы, Кит незаметно подхватил ее на руки и, повернувшись, зашагал…
- Я могу сама, – слабо запротестовала Агата.
- Я хочу сам, – спокойно возразил Кит, войдя в свою комнату через смежную дверь.
- Это может стать моей любимой привычкой, – мягко заметила она, с улыбкой погладив его по щеке.
Кит вернул ей улыбку, опуская ее на кровать.
- Это уже стало моей любимой привычкой.
Приглушенный свет, окутавший комнату, осветил блеск янтарных глаз, когда он склонился к ней.
- Кристофер, – прошептала Агата, умирая от любви к нему.
- С днем рождения, – шепнул он, улегшись рядом. – С днем рождения, любовь моя…
Когда он поцеловал ее, она растворилась в нем в ту же секунду, но пугающее предчувствие чего-то неизбежного так и не покинуло ее.
Глава 28
Глава 28
Посреди ночи что-то разбудило ее.
Сонно вздохнув, Агата повернулась на другой бок и открыла глаза. И не сразу поняла, что происходит, но снова почувствовала. Дрожь. Что-то дрожало. А потом она услышала стон. Тот самый мучительный стон, от которого леденела душа. Распахнув глаза, она тут же присела в постели и обернулась. И застыла, обнаружив Кристофера посреди кровати. Сидящего. Схватившегося за голову. Раскачивающегося взад-вперед и дрожащего.
Господи! У него опять был приступ!
Чего она боялась больше всего на свете. Причиной могли стать события последних дней. Должно быть его переживания были намного сильнее, чем он показывал.
- Кристофер, – прошептала она, потянувшись к нему. И снова обнаружила, что он весь горит. – Господи, Кит! – Агата задрожала от страха. – Кристофер, прошу…
Он зажмурился и стонал, пытаясь в одиночества справиться с охватившей его адской болью. Боже, когда всё началось? Как долго он страдал, пока она спала? Почему не разбудил ее? Темнота в его глазах… Может, это был знак, а она не распознала его?
Сейчас это уже было неважно. Единственное, что она знала, ей нужно было приложить холодный компресс к его голове, к шраму, который, возможно, растревожили во время стрижки.
- Глупенький! – пробормотала Агата, едва сдерживая слезы, спрыгнула с кровати и быстро накинула на себя нижнюю сорочку, без которой спала уже вторую ночь. – Зачем ты это сделал? Зачем подверг себя такому необдуманному риску из-за!..
У нее дрожал голос, дрожали руки. Агата прикусила губу, чтобы не расплакаться. Она боялась, что очередной приступ просто сломает ее, как пытался сейчас сломить Кристофера.
Найдя полотенце и обмочив его в холодной воде, она тут же метнулась к кровати, присела рядом с Кристофером и осторожно прижала полотенце к его голове, едва сдержав собственный стон, когда услышала его. К полной своей неожиданности Агата почувствовала, как Кит мгновенно сомкнул свои сильные длинные пальцы вокруг ее запястья и отвел от своей головы ее руку.
Он поднял к ней свое лицо, в темноте ночи, которую разбавила луна и зажженная одинокая свеча, посмотрел на Агату почерневшими, горящими, такими же как и в прошлый раз налитыми кровью глазами и выдохнул:
- Не надо.
Голос его был не просто охрипшим и сдавленным. Обожаемый голос, который она не узнала. Это было заупокойное завывание. Агата почувствовала, как что-то катится по щекам, а потом поняла, что плачет. Плачет потому, что ей было до ужаса страшно. Она не могла потерять его. Не могла позволить, чтобы боль прошлого отняла его у нее.
- Пожалуйста, пожалуйста… – молила она, глядя в глаза, которые действительно могли не узнать ее. – Позволь помочь тебе…
Кит продолжал крепко держать ее за руку, не позволяя помочь ему. Агата боялась, что от страха и беспомощности у нее остановится сердце сердце. И внезапно кое-что вспомнила. Кейт! Она ведь прислала ей то, что обещала. Что Агата хранила в ящике своего секретера в своей комнате.