- Я хотел, чтобы мой внук был счастлив. Чтобы нашёл то, что сможет защитить тебя от прошлого, поможет забыть прошлое. Хотел, чтобы ты вернулся к жизни, вернулся ко мне. И хоть я понимаю, как тебе тяжело, я никогда не терял надежду на то, что снова увижу тебя счастливым.
Кристофер был так сильно потрясен, что не смог заговорить.
- Я думал, что женитьба поможет… она поможет тебе… – продолжил дед, запинаясь. – Думал, ты позабудешь демонов прошлого, но ты… ты слишком благороден, чтобы оставить всё незавершенным. И всё же ты не прав. Оставь прошлое там, где ему место, потому что ты нужен ей, Кит. И она… она очень нужна тебе. Я вижу это. Не отрицай, что она не стала частью твоей жизни, потому что судьба не даст тебе еще одного шанса, если ты упустишь этот.
Кит дрожал, глядя на деда, который с трудом откатил коляску от стола и покатил к двери, где его ждал верный слуга, а потом дверь закрылась за ними, и Кит остался один. Тишина притупляла, тишина разрушала. Не было в ней ничего хорошего.
Шанс… шанс…
Возможно ли, чтобы жизнь дала ему шанс? Как жизнь могла дать ему второй шанс, когда он не смог уберечь Эйлин? Когда она погибла… Ради чего нужна была ее смерть? И шесть лет безумия Уитни?..
У него так сильно болела голова, что Кит боялся сойти с ума.
«Я думал, что женитьба поможет… думал, ты позабудешь демонов прошлого… Я не хотел наследника… Я хотел, чтобы мой внук был счастлив. Хотел, чтобы ты вернулся к жизни, вернулся ко мне…»
Было такое ощущение, будто дед просил прощение. Целый год дед сводил его с ума, настаивая на том, чтобы Кит женился. Кит чувствовал себя преданным единственным человеком, который так много значил для него. На котором теперь держался весь его мир…
А теперь у него ничего не осталось. Он прогнал сестру, которая едва пришла в себя после шести лет безумия. И прогнал Агату, без которой…
Кит не представлял, что так сильно может болеть сердце, но в какой-то момент обнаружил, что встает. Ноги дрожали, голова кружилась, но он сумел устоять на ногах.
Что у него осталось?
«Оставь всё в прошлом. Мы выжили. Мы с тобой выжили…»
«Прошу тебя, не отдавай себя ради того, что может уничтожить тебя. Я этого не вынесу…»
Дыхание перехватило и… И Кит снова почувствовал. То, чего не должно было быть в груди, но то, что всегда билось, когда Агата оказывалась рядом с ним. Господи, у него действительно было сердце. Сердце, которое имело право биться только рядом с ней.
«Что ты наделал?»
На дрожащих ногах он вышел из кабинета, поднялся на второй этаж и… и пришел в комнату, в которой не был с самого детства.
Внутри было тихо. Дед лежал в кровати. И казался таким беспомощным и одиноким, что сжалось сердце. Когда-то дед был для него примером для подражания, на него он хотел ровняться, на него хотел быть похож силой и отвагой. Но долгие годы разлуки и трагедия шестилетней давности стёрли такие дорогие воспоминания, что с трудом можно было отыскать их. Стёрли, а потом разрушили их жизни и окончательно разлучили их, так, что, живя в одном доме, они были вынуждены каждый за своими закрытыми дверями справляться с собственной болью. И едва не стали чужими друг другу.
Луна осветила морщинистое лицо деда. Алберт удивленно смотрел на Кристофера. Едва дыша, Кит шагнул вперед, а потом оказался у кровати и осторожно присел рядом с ним.
- Как ты себя чувствуешь? – хрипло спросил он, глядя в глаза дедушки.
Алберт не шевелился, боясь подумать, что это сон.
- Ты так давно не приходил сюда.
Кит опустил голову, зная только одно: как бы дед не доводил его, он любил его. Это всё, что теперь имело значение.
- Прости меня, дедушка…
И внезапно оказался в таких крепких объятиях, что не смог дышать. А потом сам обнял деда и закрыл глаза.
- Господи, мальчик мой, это ты должен простить меня за всё то, что я заставлял тебя делать! – шептал Альберт, держа его так, словно внука могли отнять у него в любой момент. – Я делал всё это потому, что люблю тебя! Никогда не переставал любить!..
Кит задыхался.
- Я знаю… Я тоже… я… – Он не мог говорить слова, которые… Они душили его. – Я знаю.