Глава 33
Глава 33
Не замечая ничего вокруг, Кристофер быстро спустился по широкой лестнице, и подошёл к коню, который всё это время покорно ждал своего хозяина. Испытывая лишь одно желание поскорее доставить жену в безопасное место, он водрузил ее на седло, мгновенно вскочил на коня и, обняв жену одной рукой, другой натянул поводя. Юбки ее платья развевались на ветру, прилипая к его сапогам. Кит попытался сосредоточиться на дороге, но не мог, ощущая дрожащее тело Агаты, которая обнимала его, спрятав лицо у него на груди.
Он хотел завернуть ее в себе, спрятать так, чтобы ничто больше не угрожало ей. Его трясло так сильно, что Кит боялся выронить поводя. Почти инстинктивно управляя конем, он добрался до дома за считанные минуты. Ночная тишина окутала их словно броней, ничего не подпуская к ним. У парадных дверей он спешился и повернулся к жене. И только тогда их глаза встретились. Яркая луна осветила ее бледное, застывшее лицо, и когда Кристофер увидел, какая мука затаилась в наполненных слезами глазах, у него дрогнуло сердце. Она смотрела на него так, будто до сих пор считала, что не нужна ему.
Если бы он не успел, никто бы не сумел уберечь и защитить ее, поглощенный королем. Если не Уилкинз, то виконтесса запросто могла бы совершить злодеяние еще до того, как кто-нибудь заметил бы это. Месть… ради мести он поставил под удар всё, что так неожиданно обрел. Его дед. Уитни. И Агата… Месть не стоила этого. Не такой ценой он должен был избавиться от своих демонов. Месть, которую затеяли по вине его отца, задумавшего немыслимое!
Не в состоянии думать об этом сейчас, Кит смотрел на жену, терзаемый отчаянным желанием обнять ее и заверить в том, что никогда больше не отпустит ее. И ужасно хотел, чтобы она поверила ему. Позволила ему исправить то, что он чуть было не разрушил.
Тяжело дыша, Кит потянулся к ней, стащил ее с коня, но не поставил на землю, а прижал к своей груди. Агата дрожала, но посмотрела на него и неуверенно шепнула:
- Я сама.
Он сглотнул и притянул ее еще ближе к себе.
- Я сам.
Он понёс ее в дом, занёс в гостиную, где было светло только благодаря горевшему камину, но вместо того, чтобы опустить ее на пол, Кит двинулся к стоявшему перед камином дивану. Присев, он посадил жену к себе колени, а потом застонал и так крепко обнял ее, что у обоих перехватило дыхание. Агата по-прежнему дрожала, но снова молча прильнула к нему, не предприняв никакой попытки отстраниться от него. Кит был благодарен ей за это, потому что не представлял, что когда-нибудь будет способен отпустить ее вновь.
Какое-то время не было слышно ничего, кроме тиканья часов на каминной полке. Кит закрыл глаза и пытался сосредоточиться на жене, чтобы поверить в то, что она действительно рядом, что ей больше ничего не угрожает. Постепенно запах жасмина вытеснил из сознания всё на свете, оставив только Агату. И немного придя в себя, Кит признал, что самое страшное осталось позади. Она была здесь, в его объятиях. Там, где и должна была быть. Там, где он смог бы защитить ее. Вокруг стояла непробиваемая тишина. Тишина, которая на этот раз утешала, помогала и пыталась восстановить то, что всё еще можно было спасти.
Возможно, тишина помогла и ей, потому что в какой-то момент Кит почувствовал, как она перестала дрожать, но, когда услышал ее тихий, наполненный ужасом глухой голос, он понял, что еще не скоро события последних часов забудутся.
- Я никогда еще не видела столько крови.
Он крепче обнял ее, сжимая челюсти.
- Я бы отдал всё на свете, лишь бы этого не произошло, – прошептал он, незаметно погладив ее короткие чуть сбившиеся кудри. – Мне так жаль.
Мучимая желанием немедленно отправиться в Лейнсборо, она и помыслить себе не могла, что виновник ее переживаний совсем скоро появится перед ней.
Агата вздрогнула и застонала, не в состоянии вернуть себе самообладание. Находясь в тесном коконе его объятий, она позволила его теплу побороть весь ужас того, что недавно произошло, но жуткие картины снова возвращались, причиняя такую острую боль, что она не могла даже дышать. И не могла забыть, какой шок испытала, когда увидела в большом зале запыхавшегося, растрепанного и обросшего многодневной щетиной Кристофера, который смотрел на того, кто достал пистолет и двинулся к нему. Смотрел так, будто знал, был уверен, что должно было произойти. У нее чуть не оборвалось сердце, но по какому-то невероятному стечению обстоятельств выстрелил не тот пистолет.