- Могу сказать, – заговорил Кит решительно, – что этого мне так же достаточно. Я не могу уйти отсюда без вашего согласия.
Глаза маркиза вновь с недоверием сузились.
- Вы ведь не можете не понять, что так просто я не отдам вам свою дочь.
Кит с готовностью кивнул, поражаясь силе искренней привязанности отца к дочери.
- Я приму любое ваше условие.
«Мне не нужна любовь…»
Ему должно было быть все равно, что с ней произошло, но Кит не смог удержаться от того, чтобы снова не взглянуть на Агату.
Каждая девочка уже с пеленок мечтает о любви. Кто тот осёл, который посмел разбить ей сердце? И почему она с такой легкостью позволила разбить свое сердце? Она ведь не была глупа, учитывая ее колкие и порой острые замечания, брошенные в его адрес вчера вечером. Она была образована, утончённа, сообразительна, остроумна… Но ранима и совершенно беззащитна перед мужской силой. Вероятно, она стала жертвой хитроумного обмана, но и это не утешало, потому что Кит ощущал странное беспокойство от того, что собирался жениться на женщине, чье сердце уже было разбито. Это не должно было беспокоить его, ведь туда, куда он увезет ее, это может вновь разбить ей сердце. Это наоборот должно было успокоить его, ведь она не сможет предъявить ему никаких претензий, учитывая их договоренность, и он сам не разобьет ее сердце, какие бы ожидания она не грела в душе, но от этого Кит почувствовал себя еще более отвратительно.
- Я хочу видеть, как вы обращаетесь с моей дочерью, прежде чем отдать ее вам, – заявил наконец маркиз.
Черт, он не думал, что ему придется действительно ухаживать за ней. Но вероятно, ни один уважающий себя отец не отдаст дочь, не убедившись прежде, что она будет в надежных руках.
Опустив руки, Кит тяжело вздохнул. И жестко подавил искушение взглянуть на Агату. И у него это получилось, хотя он до дрожи хорошо чувствовал ее присутствие. И ее обжигающий, вопросительный взгляд, ведь это касалось и ее судьбы, ее жизни, ее замужества.
- Хорошо.
И снова он не посмотрел на нее, чтобы не знать, какие чувства обуревают ее.
- В таком случае… – начал было маркиз, но его прервал тихий стук в дверь.
В кабинет вошёл дворецкий, который пропустил после себя светловолосую с золотистыми, как солнечные лучи, глазами женщину, одетую в шелковый наряд золотистого оттенка. Она была так красива, что возможно разбила не одно мужское сердце, но почему-то Кит не ощутил волнение от ее красоты. Ему было достаточно перевести взгляд на стоявшую недалеко от него девушку с блестящими каштановыми волосами и зелеными глазами, чтобы ощутить прилив тех чувств, которые он все эти шесть лет безжалостно подавлял в себе. Которые ему, вероятно, представиться не один случай подавить.
Следом за незнакомкой в комнату вошел высокий темноволосый мужчина, и когда его серо-голубые глаза остановились на Кристофере, оба мужчины замерли.
- Кит?
- Эрик.
Это действительно был его троюродный брат, с которым они были одногодки и души друг в друге не чаяли, сперва познавая большой мир вместе, затем учась в школе и университете. Брат, которого Кит не видел с тех пор, как вернулся в Англию из своего долгого путешествия. Кит не ожидал этого, но грудь стиснуло странное чувство.
- Что ты здесь делаешь? Я не знал, что ты в городе, – сказал Эрик, приближаясь к нему, но когда оказался на расстоянии трех шагов, он резко остановился, будто бы опомнившись от того, что делает. – Почему не предупредил, что приедешь?
И эту странную дистанцию Кит понял, зная, что произошло с Эриком три года назад.
- Рад видеть тебя, – проговорил Кит тихим голосом.
Эрик тоже кивнул, не удивившись тому, что Кит не подал ему руку, не смотря на долгую разлуку.
- И я тоже, но что ты… – начал было Эрик.
Его оборвала красавица, которая встала рядом с ним и легко взяла его под руку. И только тогда Кит понял, что должно быть это его жена. Старшая дочь маркиза, которая сумела вытащить Эрика из того ада, в котором он был приговорен жить всю оставшуюся жизнь после того, как его увезли из дома. О том событии напоминал лишь чуть кривоватый нос Эрика, разбитый в тот раковой день. Кит жалел о том, что не смог помочь брату, но тогда он…