В ту же секунду Клэр просияла, когда услышала о дочери. Кит был удивлен тем, как одно слово могло так разительно переменить женщину. Настолько, что казалось, она совсем позабыла неприятный инцидент и, заулыбавшись, принялась рассказывать о своей ангелоподобной девочке. К ее рассказу иногда присоединялся Эрик, и стало казаться, что плохое действительно позабылось. Но неприятный осадок так и не исчез. И чем чаще Кит смотрел на Агату, тем отчетливее понимал, какую ужасную ошибку совершил, согласившись жениться на ней. Согласившись забрать ее в свой ад. Вот только… он не мог уже отступать. И с трудом представлял себе, как будет касаться другой с тем, чтобы заиметь наследника. Глядя на Агату, Кит отчетливо понимал, что ему не нужна другая. Больше не нужна.
Речь графини прервал дворецкий, который подошел к ней и сообщил о том, что няня собирается уложить молодую госпожу.
- Не поверите, нашей Лиззи уже год, а она только вчера назвала меня «мамой», – сказала Клэр с такой улыбкой, в которой невозможно было не увидеть безграничную материнскую любовь.
Кит всегда полагал, что жизнь полна лишь мрачных предчувствий неизбежности. Ничем больше. Поэтому никак не понимал, как люди могут быть настолько счастливы. И правильно ли, быть таким счастливым. Ведь счастье… оно такое переменчивое и изворотливо лицемерное создание. Не успеешь оглянуться, как оно тут же повернется к тебе спиной, унося с собой всё то хорошее, что казалось бы, принесло тебе добровольно. Он слишком хорошо знал, что не следует доверять этому чувству. Этому трусливому паршивцу, который поджав хвост бежит со всех ног, когда наступают трудные времена. Счастье было так легко разрушить. Стоило только взглянуть на зеленоглазую красавицу, которая успела стать жертвой негодяя, а теперь вынуждена была найти укрытие в нежеланном браке.
Его размышления прервал голос Эрика, который обратился к своей жене.
- За месяц до этого она сказала «папа».
Клэр медленно встала. Мужчины поднялись вместе с ней. Голос Клэр чуть дрожал, а глаза смотрели на мужа с обожанием.
- Это потому, что она любит тебя больше чем меня. – Взглянув на свою сестру, Клэр мягко добавила: – Милая, ты составишь мне компанию?
Агата встала с такой грацией и плавностью, что Кит в очередной раз не смог оторвать от нее завороженный взгляд. Отложив в сторону салфетку, она с готовностью кивнула:
- С удовольствием. – Агата не спешила уйти и перевела на Кристофера взгляд своих пронзительных зеленых глаз: – С вашего позволения, милорд.
Ей не нужно было его позволение, но Кит заметил в ее глазах облегчение. От того, что ей выпала возможность уйти из столовой. Уйти от него. От грубого бесцеремонного мужлана, который понятия не имел, как вести себя за столом. Возможно, потому, что за последние семь лет он ни разу не обедал в цивилизованном обществе.
Его настроение испортилось окончательно, когда женщины удалились, оставив в столовой угнетающую тишину. Мужчины уселись на своих местах. Дворецкий тут же вынес и разлил им бренди, вероятно, по велению своего хозяина, но Кит не притронулся к своему бокалу, гневно думая о том, что теперь всякий раз видя бренди, не сможет думать ни о чем, кроме сладких губ, которые целовал всего два дня назад.
- Признаться, я до недавнего времени не представлял себя женатым человеком, да еще и с ребенком, – осторожно заговорил Эрик, сделав небольшой глоток. – Но сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что был бы настоящим глупцом, если бы не принял от жизни эти дары. Без них я буду пуст, как бездонная пропасть.
Кит протянул руку к бокалу, но не взял его, удивляясь тому, что не может этого сделать.
- Тебе идет быть женатым, – мрачнее чем того бы хотелось, сказал Кит, не глядя на брата.
Эрик улыбнулся.
- Моя жена часто говорит мне то же самое.
На этот раз Кит не сдержался и посмотрел на него.
- Она – замечательная.
Удивительно, что после небольшой стычки с Агатой он помнил о вежливости, но говорил сейчас абсолютно искренне.
Улыбка Эрика стала теплее, а в глазах отразилась та самая бескрайняя любовь, с которой он всегда смотрел на жену.