Она не смогла удержаться и всё же взглянула на замкнутое, сосредоточенное, загорелое лицо. Невероятно красивое лицо, которое никак не могло оставить ее равнодушной. Черные длинные волосы, разделенные посередине ровным пробором, падали ему на застывшее лицо и скрывали складки шейного платка, в который была вдета булавка с изумрудом. Агата не могла пошевелиться, глядя на одну непокорную прядь, которая слегка закрывала его левый глаз, делая его похожим на настоящего пирата. Его лицо было словно высечено из камня, но когда их глаза встретились, суровые черты разгладились. Так внезапно, что эта перемена потрясла ее до глубины души. Сидящий напротив нее мужчина владел собой гораздо искуснее, чем она могла себе представить.
- Теперь мы женаты, – раздался его глубокий, бархатистый голос, лишенный всякой резкости.
Она с трудом могла разобрать его слова, вслушиваясь в этот чистый тембр мучительного безумия, которым обладал его голос. Голос, от которого что-то дрогнуло в груди. Агата опустила голову, не представляя, что сказать ему. Впервые с тех пор, как стать мужем и женой, они остались одни. И только теперь реальность, от которой она всю последнюю неделю пряталась или убегала, нахлынула на нее окончательно и сбила с ног, давая понять, что брак, который до этого казался эфемерным понятием, теперь можно было осязать и ощутить.
Букет дрогнул в ее руке. Пальцы дрожали и онемели так, что Агата почти не чувствовала их. Но смогла едва слышно молвить:
- Да.
Она не знала, что принято говорить в таких случаях. Вероятно как и он, потому что Кристофер откашлялся и, подняв руку, рассеянно провел ею по своим волосам. Так что та непослушная прядь ушла назад, но вновь, будто подчиняясь иным законам природы, упала обратно ему на лоб, укрыв левый глаз.
- Ваши вещи уже доставлены в Беркшир, –вновь заговорил он своим глубоким голосом, глядя в окно кареты. – Мы выедем в полдень. Если задержимся, то не сможем добраться до Лейнсборо сегодня.
Лейнсборо, ее новый дом. Место, где она сможет спрятать своё разбитое сердце. До предела сжимая букет, Агата вновь кивнула.
- Да.
Ей почему-то казалось, что они должны говорить не об этом. Но о другом они точно не могли заговорить, потому что у них не было ни общих интересов, ни общих радостей, ни тем более общих планов.
Да, Кристофер стал ее защитой и укрытием, но никто теперь не мог бы защитить или укрыть ее от него самого.
Глава 8
Глава 8
Они выехали немного раньше запланированного времени, приняв всевозможные поздравления и теплые слова о вечном счастье. Брак, в котором не могло быть даже намека на счастье. И непонятно, было ли чудом или проклятием то, что молодые супруги понимали это.
Реальность вторгалась в сознание слишком поспешно. Время, которое тянулось с неимоверной медлительностью и перетекло в нескончаемый свадебный завтрак, казалось, никогда не закончится, но когда Кристофер подошел и сообщил, что пора тронуться в путь, тщательно контролируемая паника высвободилась, дала трещину и овладела ею настолько, что не осталось места ни для чего. Агата смотрела в янтарные, мерцающие глаза и чувствовала, как сердце начинает биться такими тяжелыми толчками, что она боялась задохнуться. Его большая широкоплечая фигура закрывала от нее весь остальной мир так, что на одно мгновение ей показалось, будто вокруг нет никого, кроме него. Во всём мире есть только он один.
Едва дыша, Агата кивнула и поднялась наверх, чтобы переодеться в дорогу. Она должна была попытаться побороть волнение, чтобы суметь встретиться лицом к лицу со своей новой жизнью. Которую сама же изменила до неузнаваемости.
Боже, как она справится с этим? Ей было так страшно от грядущей неизвестности, что она никак не могла заставить себя покинуть комнату, где стояла и ожидающая Рут, которой Кристофер позволил быть возле своей хозяйки и в новой жизни. Агата должна была взять под контроль свои чувства, ведь у нее не было выбора. Но появившиеся в дверях Розалин, Клэр, матушка и Руперт, пришедших проститься с ней, смутили ее еще больше.
К ней подошел взволнованный Руперт, которого по настоянию маркиза отпустили из университета, но только на один день. Брат сильно переживал по поводу того, что не смог быть на свадьбе Клэр, но эту он уверял, ни за что не смог бы пропустить. Молодой, полный амбиций и плавно, красивый с темными волосами и такими же цепкими как у отца зелеными глазами, в которых таился острый ум, он окинул очень серьезным взглядом Кристофера, еще внизу в гостиной, осторожно пожал ему руку и кивнул так, будто одобрял этот союз. Будто бы Кристофер нуждался в его одобрении. И все же Агата была рада тому, что брат был рядом. Который улыбнулся и пожелал ей столько счастья, сколько сможет вынести ее бедное сердце. Милый, добрый Руперт. Он не знал, что разбитое сердце не может больше познавать счастья.