Сайли неспешно отняла руку от его губ и прикоснулась к его волос:
- Мягкие. А мне всегда казалось, что они должны быть жесткими.
- А ты распустишь для меня свои волосы? – спросил Крейк.
Девушка подняла руки и распустила узел волос на голове, а потом, запустив в них пальцы, немного пошевелила ими, от чего кудри, приняли естественное положение, рассыпавшись по подушке. Аромат её волос, приятно защекотал его ноздри, и он втянул их запах, приближая голову к её волосам. А потом, уткнувшись лбом в её висок, тихо спросил:
- Ты ведь не будешь меня бояться, правда, Сайли? Ты ведь знаешь, что я не причиню тебе боли, не обижу, что буду нежен с тобой.
Она нерешительно кивнула, боясь, что голос её подведёт. А потом неожиданно спросила:
- Ты будешь меня презирать, если я не научусь обращаться?
Крейк не поверил, что слышит это. В такой момент, она думает об обращении. Или это самый сильный её страх: что она будет отвергнута своей парой, если не научится обращаться в волка?
- Только скажи честно, я должна знать правду.
- Нет, не буду, - ответил мужчина, и когда прочитал легкое разочарование на её лице, понял, что она ему не поверила. – И ты больше никогда не станешь об этом думать, - сурово сказал он, решая поменять тактику убеждения. - Никогда не посмеешь думать, что не достойна, ущербная, не полноценна. Я не могу себе позволить, обладать самкой, которая считает себя хуже других. Моя самка – самая лучшая самка, потому что она моя. Это понятно?
- Да, - прошептала Сайли.
Крейк переместился и лег на неё поверх одеяла, опираясь на свои руки, которые положил по двум сторонам от её головы. Тем самым он усиливал своё превосходство и не давал ей возможности отстраниться ни от его тела, ни от его взгляда.
- Я сделаю тебя своей, потому что хочу этого, - говорил мужчина медленно, в упор, глядя на неё. – Потому что ты достойна этого. Потому что запах твоей кожи, цвет волос и глаз, твоя фигура, только тебе свойственный внутренний аромат приятны мне. Они возбуждают меня. Но если ты будешь бояться, это разочарует меня.
- Я буду бояться, - прошептала девушка и быстро добавила: - потому что никогда не делала этого, потому что ни один мужчина еще не говорил мне, что мой аромат его возбуждает. Потому что я юная и неопытна, боюсь тебя, взрослого и сильного. Моя внутренняя волчица и та, поджала хвост.
Крейк усмехнулся
- Значит вас, трусишек, здесь двое, ты и она?
- Да… Но, что бы ни случилось, пожалуйста, не останавливайся. А если я вдруг попытаюсь бежать, выпусти своего волка, пусть он догонит меня и вернёт.
- Ты забыла, я не делю себя надвое.
- Тогда дай волю своим инстинктам, они сделают что нужно.
Крейк поднял брови:
- Волчонок учит взрослого волка?
- Волчонок больше не хочет быть волчонком.
- А кем хочет? – спросил Крейк, приближая своё лицо к её лицу.
- Волчонок хочет стать волчицей: взрослой и желанной.
- Чьей волчицей? – спросил Крейк, приблизив свои губы совсем близко к её губам.
- Твоей, - выдохнула она.
- Моей, - тихо повторил Крейк и страстно её поцеловал. Свою волчицу.
Девушка приняла поцелуй и сразу раскрыла губы, впуская его. Она отвечала ему, несмело, медленно, но отвечала. И даже запустила свои руки в его волосы и немного потянула.
Природа и инстинкты брали верх.
Сильный волк, Альфа-самец, он волновал, возбуждал, заглушал голос разума. Он делал её желанной, красивой, уверенной в своей привлекательности. И она забыла, что может думать. Что должна думать о том, что это не правильно, отдаваться ему так просто, с желанием и страстью. Должна помнить о том, что совсем его не знает, не желает, не любит, что не хочет быть с ним, становиться его самкой, его парой, его женой. Что это неправильно, так быстро забыть о том, к кому была привязана долгие месяцы, и отдаться почти незнакомому мужчине. Но она забыла, не думала, не помнила. Вместо этого она чувствовала, ощущала, возбуждалась. Тело брало верх над разумом.
И только, когда Сайли ощутила на своих обнаженных бедрах холодный воздух, а затем его горячие руки, она, наконец, вспомнила, где и с кем. И сразу устыдившись происходящего, попыталась сдвинуть ноги. Крей, целовавший её грудь, зарычал и сильнее сдавил бедро. Девушка испугалась и сразу растеряла весь свой пыл. Она попыталась отстраниться, но он не отпустил, сильнее наваливаясь на неё, и вдавливая в матрас. Сайли в ужасе зажмурила глаза, сдерживая рвущиеся из горла крики. А потом резко все прекратилась, он больше не держал её, не трогал, не прижимал к матрасу. Но от этого не стало лучше, наоборот, она ещё острее почувствовала свою наготу и попыталась нащупать руками спасительное одеяло. Но одеяла нигде не было, и Сайли осмелилась открыть глаза в его поисках.