Как только вчера вечером, девушка переступила порог своей спальни, слёзы градом полились из глаз вместе с громкими рыданиями, которые она заглушала подушкой. Ей было жалко себя, своей жизни, своих мечтаний и стремлений. Она ненавидела себя за слабость, страх, за то, что ей было себя жалко. А больше всего за то, что обидела Крейка, но не могла поступиться своей совестью и предать память Рейна. Она рыдала от сладких воспоминаний о Крейке, его прикосновениях и поцелуях, о сильном теле, которое с такой нежностью дарило ей наслаждение, о его улыбке и шутках, о его заботливых словах и поступках. Она хотела снова всё это испытать и ненавидела себя за это желание. Она ненавидела себя и его, а потом ненавидела себя, за то, что ненавидит его. И все эти бессвязные, нелогичные, противоречивые мысли и чувства терзали её всю ночь. Когда слёзы заканчивались, Сайли лежала, неподвижно уставившись в потолок и ждала, пока они снова покатятся. И через время они снова приходили, и девушка снова начинала рыдать и мучиться.
Так началась и закончилась ночь, началось и длилось утро, пока дверь её спальне не открылась и на пороге не появилась её мать. Улыбка женщины мгновенно пропала, когда она вздохнула стойкий запах слёз и отчаянья, который пропитал комнату дочери.
- Сайли, - тихо прошептала Настия, и поспешно прикрыла дверь, что бы этот горький аромат отчаянья, не учуял еще кто-нибудь.
- Всё в порядке, мама, - хриплым голосом сказала девушка и хлюпнула распухшим носом. – Я просто немного простудилась.
Настия быстро подошла к окну и широко его открыла, проветривая комнату. Она ничего не ответила на слова дочери, потому что не знала, что может сказать. Её сердце рвалось, от горя её ребенка.
- Правда, мама, всё хорошо. Уже прошло.
Настия присела на край кровати рядом с дочерью и, как всегда, убрав локон волос и её лба, сказала:
- Я не знаю, что тебе сказать… Не знаю чем помочь, чем утешить… Я бы предложила тебе побег, если бы, не боялась за твою жизнь.
- Это тебе к Кэт, - грустно улыбнулась Сайли, - она тоже его предлагала,.. Нет, мама, всё вправду уже в порядке. Слёз не осталось и эмоций тоже. Я справлюсь, вот увидишь.
- Я это знаю, милая. Но как мне грустно от того, что тебе нужно справляться.
Сайли помолчала немного, а потом спросила:
- Мам, а ты любила папу, когда он заявил на тебя права.
- В первый раз в жизни, я жалею, что любила его тогда, и не могу ничем тебя обнадежить, - грустно протянула Настия. – Но не все выходят замуж по любви. Хотя сейчас, мне кажется, это никчемное для тебя оправдание.
Девушка грустно улыбнулась и сказала:
- Я думаю, у меня еще не самый страшный случай. Мне даже завидуют. Иона часом не украла моё платье?
- Нет, - улыбнулась женщина, - Мы не спускали с него глаз, а на ночь заперли у твоего отца в рабочем кабинете. Я думаю там оно в полной надежности, никто не осмелится туда пробраться.
Сайли улыбнулась чуть веселее, представляя Иону с платьем в руках, которую отчитывает её отец. Настия потянулась и крепко обняла дочь:
- Я знаю, Сайли, ты сейчас не станешь меня слушать, я тоже в твоём возрасте была уверена, что мои родители ничего не понимают, но все-таки скажу. Ты сама строишь свою жизнь, даже если считаешь, что ничего не решаешь. Да ты не можешь выбрать себе мужа, но можешь сделать так, что бы быть счастливой с ним, или наоборот, прожить всю жизнь несчастной. Дай ему шанс, Сайли, я уверена Крейк хороший человек, потому что, что бы ты ни думала о своём отце, он бы никогда не отдал тебя плохому мужчине. Даже ради стаи, - а потом она зашептала в самое её ухо: - Только не говори ему, что я тебе так сказала, он в этом никогда не признается, даже под пытками.
Сайли рассмеялась, и ей показалось, что утро не такое уж и хмурое.
Её мать помогла ей привести себя в порядок: отмочила в горячей воде, сняла отёчность век и носа, наложив холодный компресс, растерла занемевшие мышцы. Через час, только слегка блестящие и покрасневшие глаза выдавали бессонную ночь девушки. Потом приехала Джессика, и Настия передала дочь в профессиональные руки стилиста-парикмахера, которая без умолку болтала, отвлекая тем самым Сайли от ненужных мыслей. Когда прическа была почти готова, дверь распахнулась и на пороге появилась Кэтрин, одетая в красивое короткое платье цвета ранней листвы.
- Ва-у! – воскликнула она и влетела в комнату, - Глядя на тебя, я тоже захотела замуж! Привет, подруга, - сказала Кэт и, обняв, поцеловала Сайли в щеку. – Выглядишь просто «отпадно».
- Привет Кэтрин. Ты тоже. Очень красивое платье и…