Неожиданная свобода придала новых сил и уверенности, и Сайли вскочив на ноги, и не замечая саднившей боли в сбитых коленках, побежала в лес, который тянулся густой полосой вдоль дороги. Девушка не разбирала дороги и мчалась на пределе своих возможностей, резко меняя направления, что бы запутать преследователя. Но постепенно адреналин свободы уступил место разумному страху, и Сайли начала осознавать безумство своего поступка. Убегать от волка плохая идея, а убегать от самца, которому принадлежишь – очень плохая идея. Он догонит и тогда жестоко накажет, доказав свою власть над ней и превосходство. Докажет своё права ею обладать. Лучше было остаться в машине и мирно уговорить его, пока инстинкты еще не взыграли в Крейке с такой силой, теперь уговоры не помогут, он не станет слушать, а бегство только разозлит его еще больше, ведь он все равно найдет её и догонит. Не ей тягаться с сильным взрослым волком.
Мысли отвлекли Сайли от движения и она, не заметив поваленного бревна перед собой, зацепилась за него: девушка нелепо взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие, и по инерции пролетев пару метров, упала на живот, больно ударившись лбом. От неловкого падения, боли и глупости своего побега она потеряла все силы и так и осталась лежать на земле, не делая пыток подняться.
Через секунду Сайли услышала его шаги, и Крейк неспешно подошел к ней. Мужчина присел возле девушки на корточки и дотронулся до спины. Сайли раздраженно дернула плечами, отстраняясь от его руки. Крейк поднялся:
- Вставай, - велел он.
Сайли не пошевелилась и только сильнее сжала кулаки от обиды.
- Я сказал, вставай, - повторил мужчина, понизив голос.
Девушка не сдержалась:
- Хочешь насиловать, делай это здесь, какая разница?
Он не отвечал и только тихо дышал, сдерживая злость. А потом опустился на неё, придавливая коленом спину, медленно наклонил голову и прошептал на самое ухо:
- Нравиться грубость, только скажи.
Сайли не ответила и сильнее зажмурила глаза. Пусть всё пройдет быстро, как там на той проклятой поляне, пусть удовлетворит своё желание обладать и отпустит её.
Мужчина сжал рукою шею девушки, что считалась у волков жестом подчинения.
- Запомни. Ты будешь чтить обеты, что дала сегодня, а если нет, я заставлю их чтить. Ты моя и будешь моей всю жизнь до смерти. Но только тебе решать, какой будет твоя жизнь.
Он отпустил её и, поднявшись, приказал:
- Вставай.
Сайли закусила кулак, что бы ни расплакаться, проявляя тем самым свою слабость. Она не могла заставить себя подняться, подчиниться его приказу, который он имел право отдавать.
Крей сжимал и разжимал кулаки, сдерживая ярость, он чувствовал её страх и безмолвный протест против его власти. «Если я сейчас не уйду, то сделаю то, о чем буду всегда жалеть», пронеслась в голове мужчины мысль, за которую он уцепился и медленно сказал:
- Мы не далеко отъехали от дома, сама сможешь вернуться. Не придешь к вечеру, я тебя найду и жестоко накажу. Надеюсь, ты всё поняла.
А потом мужчина, сняв свою майку и бросив ей на спину, развернулся и ушел, оставив Сайли лежать на сырой земле в незнакомом лесу.
Девушка обрадовалась, что он не стал её насиловать и оставил одну, пусть и посреди густого леса. Когда она перестала слышать его шаги и запах, Сайли осмелилась перевернуться на спину и сесть, его майку она откинула от себя, как ядовитую змею. Слез не было, все выплакала вчера, но девушка была рада этому.
Она уставилась перед собою в пустоту и поразилась отсутствию чувств и эмоций. Он мог подчинить её своей власти, припадать урок силы и превосходства, так бы поступил любой волк, если бы самка отказалась повиноваться. Но он не наказал её за неповиновение и побег, а просто ушел, оставив одну. Сайли была благодарна ему за это, хотя ненавидела за всё остальное. Но теперь она даже не может его ненавидеть, потому что это чувства нельзя испытывать к своему самцу, так велит Непреложный закон, в соблюдении которого она поклялась на крови. Как ей надоела вся эта Непреложность!