— Хорошо.
Я снова посмотрела на шрам, и она вздохнула.
— Я знаю, что он очень уродливый, но я смирилась с этим.
Я посмотрел ей в глаза. — Каждый дюйм тебя прекрасен. Внутри и снаружи.
Я думаю о тебе также, — прошептала она.
Притянув ее ближе, я приник ртом к одному идеальному розовому соску, дразня кончик языком. Она запустила руки в мои волосы и выгнула спину тихо застонав. Мой член стал твердым в мгновение ока.
К счастью для меня, она была так же голодна и хотела большего, как и я, через минуту она сбросила свои штаны и стянула мои. Я даже не мог говорить, когда она накрыла мой член кулаком и двигала им вверх-вниз, затем облизала пальцы и коснулась себя так, что мой подбородок ударился о грудь.
— Господи, мать твою, — прошептал я, радуясь, что это был второй раунд, иначе я бы кончил на себя в считанные секунды.
Она медленно опустилась на меня, ее глаза были закрыты, рот открыт. Я положил руки на ее бедра и боролся с желанием выгнуться под ней. Когда я был погрузился в нее, она открыла глаза и посмотрела на меня, начав двигаться.
В тот момент меня не волновала ни разница в возрасте, ни то, чья она дочь, ни то, как я собираюсь добавить ее в хаотический беспорядок, которым была моя жизнь. Все, что я знал, это как хорошо быть с ней вот так, видеть желание в ее глазах, наблюдать, как она разрывается на части сидя на мне, быть мужчиной, которого она видела для себя, а не тем, кого видел я, когда смотрел в зеркало.
В этот раз наш темп был немного медленным — возможно, потому, что в этот раз я позволил ей задать ритм. Она не мчалась к финишу, но постепенное нарастание было таким же интенсивным, а кульминация — еще более сладкой, наши тела пульсировали вместе в идеальной гармонии.
Когда все закончилось, она упала вперед, ее голова лежала на моем плече, ее сердце билась о мое. Я обхватил ее руками и вдохнул аромат ее мягких волнистых волос.
— Мак, — прошептала она.
— Да?
— Тебе нужно идти домой сегодня вечером?
Я задумался на мгновение, быстро поняв, что не хочу, чтобы эта фантазия закончилась так скоро. Сегодня вечером я был просто мужчиной, который добивался того, чего хотел. Того, что мне было нужно. То, что мне было приятно. Когда я выйду отсюда, я вернусь к реальной жизни. Кто знал, когда у меня снова появится такой шанс? Правда была в том, что я понятия не имел, как это будет работать — как я буду балансировать между тем, кем мне нужно быть, и тем, кем я хочу быть. Может быть, я просто настраивал себя на очередной провал. А может быть, глупо было думать, что у меня все получится. Может быть, через неделю она поймет, что быть значимой для меня не стоит таких проблем, и пойдет дальше.
Но эта ночь… эта ночь могла быть нашей.
— Нет, — сказал я ей. — Я могу остаться здесь с тобой.
Она подняла голову. — Ты хочешь остаться здесь со мной?
— Да, — сказал я, прижимаясь губами к ее губам. — Хочу.
Глава 15
Фрэнни
На следующее утро мне нужно было на работу, и я никогда не испытывал такого искушения позвонить и притвориться больной. Мы не спали полночи. Я была измучена, изранена и так голодна, что могла бы съесть медведя. Но несмотря на это я была в восторге. Когда я проснулась, я захотела убедиться, что прошлая ночь не была сном и первым делом посмотрела на мужчину, который спал рядом со мной. Мак лежал на животе, его голова полностью скрывалась под подушкой. Подавив смех, я осторожно сползла с кровати и бросилась в душ. Улыбка не сходила с моего лица, пока я мыла волосы и наносила на них кондиционер, намыливала их, ополаскивала и вытирала насухо.
Обернув вокруг себя полотенце я вернулась в спальню и не смогла удержаться, прокралась к кровати и приподняла один угол подушки, чтобы взглянуть на лицо Макка.
Даже когда спал он был так красив, что у меня участилось сердцебиение. Его профиль был резко очерченным и мужественным, челюсть с густой щетиной, прямой нос. Он спал, закинув обе руки вверх, и мышцы на его голых плечах были большими и круглыми. У меня было искушение провести по ним рукой, но я не хотела его будить. Мы спали всего где то четыре часа.
Он открыл глаза.
— Привет, — прошептала я, улыбаясь.
— Привет. Он схватил подушку, которую я держала, и засунул ее себе под щеку, снова закрыв глаза. — Я храпел?
— Нет. А ты храпишь?