— Ага, конечно. Друзья, которые… сколько раз в неделю вы трахаетесь?
Я тоже встаю в оборонительную позу, раз уж Офелия решила вот так беззастенчиво идти в наступление.
— Простите, а что, для «друзей с привилегиями» есть какие-то нормативы, о которых меня забыли предупредить? Если ты вдруг забыла, по независящим от меня причинам я тут живу. И что мне теперь, отказываться от идущих вместе с этим преимуществ? Между прочим, это очень удобно: мы объективно привлекательны друг для друга, каждый день рядом, и не нужно ломать голову, строить планы, готовиться и прилагать лишние усилия, чтобы снять напряжение. В чём проблема-то?
Судя по закатившимся глазам и саркастичной усмешке, я ни капли её не впечатлила.
— Беру свои слова назад: можешь и дальше прикидываться дурочкой. Меня только за дуру не держи. Вы, блин, завели кота! Кота, Кристи!
— Не мы, а он. Тай завёл кота. Это не совместное решение. Я в нём участия не принимала. Ну, разве что косвенно…
Засранчик, будто поняв, о чём речь, недовольно мяукает, трётся о мою ногу и глядит жалобно, мол, возьми свои слова обратно и гладь меня, глупое создание. В ту же минуту возвращается Тайлер и, со счастливым лицом человека, отстрелявшегося и пославшего все оставшиеся задачи подальше, падает в кресло, хватает недоеденный, уже холодный кусок пиццы и с набитым ртом кивает нам обеим.
— О чём болтаем? Что я пропустил?
— Скажи ей! — агрессивно тычу в Офелию, слишком взвинченная её упёртостью. Тайлер же только непонимающе глазеет в ожидании более точных инструкций. — Скажи ей, что мы не «парочка»! Что мы не встречаемся или типа того!
Он молчит дольше, чем я ожидала. И звучит совсем не так уверенно, чтобы произвести на упрямую Офелию нужный эффект, когда наконец говорит:
— Да… да, мы не встречаемся. Просто классно проводим время вместе.
— Видишь⁈ Мы круче этого! Ввязываться в посредственность и превращаться в этих унылых «нормальных людей» — не для нас.
— Ага. Всех всё устраивает. Никакой заурядности, никакой скуки…
— И никто не пострадает, — заканчиваю я, глядя на него.
И что я пытаюсь сейчас рассмотреть в этих льдистых глазах?
Какого чёрта всё это так складно звучало в голове, и когда мы обговаривали всё с самого начала, а сейчас, со стороны, вообще не так убедительно, словно нам обоим снова шестнадцать, мы наломали дров и теперь сидим перед кабинетом директора и репетируем объяснительные?
Офелия недоверчиво щурится. Спорить её быстро утомляет, но и сдаваться так просто она не намерена и сейчас явно продумывает свой решающий ход.
— Так, давайте-ка, подведём итог и проверим, правильно ли я всё поняла: вам комфортно друг с другом, нравится проводить время вдвоём, вы живёте вместе, делите еду и расходы, просыпаетесь и ложитесь спать рядом, смеётесь над одними шутками, завели кота, — под наши синхронные кивки продолжает перечислять она и поднимает ладонь, чтобы оборвать на корню очередную мою попытку её поправить, — вместе страдаете фигнёй, разговариваете обо всём без стеснения и рамок и имеете классный секс в любое время дня и ночи? Всё правильно? Ничего не упустила? Окей, а теперь объясните мне, пожалуйста, чем конкретно это отличается от настоящих отношений?
Чувствую себя под прицелом, в свете прожекторов.
Бей или беги.
Слова вырываются быстрее, чем я успеваю их обдумать, но желание доказать, что она не права, сильнее.
— Тем, что никто из нас ничем никому не обязан! Мы в любой момент можем пойти развлекаться с кем-то другим, и в этом не будет ничего такого, потому что не было никаких обещаний, и никто ничего не должен. Вот, в чём разница! Верно?
«Ха-ха, очень смешно. Хватит уже, Кристина, угомонись. Лучше тебе хорошенько проспаться», — прошу, скажи мне это, и мы все забудем об этом глупом споре.
— Эмм… Типа того, — пожимает плечами Тай.
Внутри что-то ёкает, но я просто не в состоянии даже себя убедить в том, что где-то там, глубоко внутри, не хотела слышать ответ или продолжать разговор.
В подтверждение своей решимости резко встаю и опрокидываю в себя всё, что осталось на дне бутылки.
— А знаете, что? Мы и впрямь заигрались в этой слишком удобной позиции. Точно! Отличная идея! Нужно прямо сейчас пойти и вспомнить, каково веселиться по отдельности! Да?
Оборачиваюсь к Тайлеру, но тот только смотрит на меня с недоверием, как на чокнутую, будто бы я не серьёзно. А я предельно серьёзно! Серьёзнее только аневризма в аорте!
— Ну же, поднимаемся и двигаем в разные стороны! Прямо сейчас! У тебя есть список «запасных аэродромов»? Позвони той девчонке, которая пахнет булочками с корицей… Хотя нет, не звони, она же не в себе. Лучше найди кого-нибудь ещё.