Я надеялась, что мне кажется, что я придумываю, что просто смотрю на всё через грязную призму, порождённую моим дурацким мозгом, что, если улыбаться достаточно долго, это ощущение пройдёт, но мысли становились только хуже.
Я лежала посреди ночи, не в силах сомкнуть глаз, и ненавидела то, как он шумно дышит во сне. Ненавидела его дурацкую коллекцию настольных игр и то, что он считал необходимым стирать кроссовки и гладить постельное бельё. Мы выбирались куда-то поесть, и я ненавидела эти его вечные нарезанные ломтики овощей вместо закуски… Да возьми ты картошку фри! Докажи, что ты не робот! И почему обязательно нужно бежать мыть руки после чипсов? Почему нельзя просто облизать пальцы, как нормальный человек⁈
— … ну, и можете себе представить? Полгода прошло, а эта дура до сих пор задаёт вопросы чуть ли не школьного уровня! Бежит прямиком к старшему, намалёванными ресничками хлопает, улыбается невинно, почти на стол к нему ложится. И едва рот откроет, как из него обязательно вылетает очередная чушь. Серьёзно, зачем она вообще к нам перевелась? Парня себе найти? В голове один ветер! Эй, ребята, вы слушаете?
Настойчивый женский голос заставил оторвать глаза от доски для игры в «Скрэббл». Кажется, я отключилась ненадолго подо все эти рассказы, которым у Мэгги не было конца.
Со своей «той самой» подругой по колледжу Эд познакомил меня довольно давно, буквально на следующий день после нашей первой ночи вместе. Вернее, знакомство состоялось само собой. Розовощёкая низенькая девчонка с блестящими глазами и копной роскошных кудрей просто появилась на его пороге, когда я, отоспавшись в волю, преспокойно заваривала кофе и намазывала тосты маслом. Сюрприз для нас обеих. Оказалось, она жила неподалёку и частенько заглядывала в гости. Немая сцена в прихожей, где мы столкнулись, была достойна лучших комедий, хотя мой потрёпанный вид, с торчащими спутанными волосами и рубашкой Эда на голое тело, смутил её всего на мгновение. В следующую секунду она уже вовсю хохотала и пихала его кулаками в бок, сокрушаясь, что он скрывал от неё такие новости. Я же веселилась, наблюдая за тем, как может, оказывается, покраснеть его лицо.
Вопреки всем ожиданиям, мы сблизились очень быстро, как-то совершенно естественно. Я не могла похвастаться умением заводить друзей, но, в отличие от флегматичного Эда, Мэгги была настоящим ураганом, стихией. Я восхищалась ею. Впервые я ловила себя на том, что сама стремлюсь подружиться с кем-то. Она успевала всё на свете и интересовалась всем, до чего могли дотянуться её неугомонные руки. Мэгги работала, учила французский, занималась волонтёрством в собачьем приюте, постоянно находила какие-то новые технические курсы, в названиях которых фигурировали термины, о которых я никогда не слышала. Каждый год она отправлялась куда-то в горы, чтобы кататься на сноуборде, а в осенний сезон любила собрать палатки и рвануть в недельный поход в какую-нибудь глушь. Слово «саморазвитие» из её уст можно было услышать, даже если она не произносила его.
Для меня мир был пугающим местом, для Мегги же он представлялся огромной песочницей с безграничным потенциалом. Каждый новый день — новая возможность, каждый новый человек — уникальный бесценный опыт.
Иногда я мечтала быть такой, как она.
Мэгги очаровала меня настолько, что я даже не поняла, откуда вдруг возникло это непреодолимое желание понравиться ей. Я не любила такое. Сколько себя помню — никогда не обладала навыком «нравиться людям». Знаю, что вы скажете. «Просто будь собой». Все постоянно говорят это, повторяют как мантру, непреложную истину. Худший совет из всех. Мы все притворяемся. Осознанно или нет. В большей или меньшей степени. Стараемся казаться лучше, чем есть на самом деле. Говорим другим то, что они хотят от нас услышать. Потому что люди не хотят знать правду. Правда им не по душе. Так что не стоит открывать ту дверь. Вам самим не понравится то, что вы найдёте за ней, если решите копать глубже в стремлении узнать, кто же вы такие в действительности. Это как дешёвый ремонт — там всегда всё гораздо печальнее, чем кажется издалека. И я делала то, что умела лучше всего: говорила поменьше, а улыбалась побольше. В конечном итоге, люди любят, когда их слушают. А Мэгги всегда было что рассказать.