Собравшись, она выпрямляет спину, открывает дверь и исчезает за ней.
Выйдя за неё, она забирает с собой не только моё сердце, но и душу тоже. Без Рейвен я просто мужская оболочка. До неё я думал, что у меня идеальная жизнь. Счастливо проживал её, не заботясь об окружающем мире и любой ценой избегая любовь. Теперь же, распробовав это чувство, я понятия не имею, как мог жить без неё, и не знаю, как буду существовать всю оставшуюся жизнь без присутствия Рейвен в ней, как бы мы оба дико этого не жаждали.
— Выглядишь дерьмово, — говорит Тайлер, пока мы идём вверх по травянистому холму к следующей лунке. Я всегда могу полагаться на жестокую честность своего лучшего друга, даже когда не хочу её слышать.
Положив клабы рядом с собой, я вытаскиваю свою клюшку и опираюсь на неё, глядя на группу, столпившуюся у зоны «ти».
— Спасибо за прямоту, козёл.
— Так что произошло прошлой ночью? В одну минуту ты был на приёме, а в следующую уже исчез. Я писал тебе несколько раз, но ответа так и не получил.
Зажимаю козырёк кепки и снимаю её с головы, запуская пальцы во влажные волосы. Сегодня около тридцати градусов. Штаны и рубашка-поло — не самая лёгкая одежда для такого жаркого летнего дня. Но я исправлю проблему, как только мы покончим с восемнадцатой лункой, проведя весь оставшийся день у бассейна с Тайлером. И я рад, что выбрался на гольф, пусть и чувствовал себя, как дерьмо, пролежавшее под Калифорнийским пеклом целый месяц. Никакое количество «Экседрина» или кофе не облегчит последствия этого чудовищного похмелья.
Удивлён, как я ещё не выблевал всё, что можно, и даже не чувствовал потребности опорожнить грёбаный желудок.
— Я выключил телефон, — вру я. — Потом несколько часов пил в баре.
Понимающая усмешка растягивается на лице Тайлера.
— А-а, это всё объясняет. Ты напился, а потом снял тёлку в баре. Выглядишь как после похмелья, но здорово отраханным. Если секс был хорош, похмелье всегда того стоит, — говорит он, похлопав меня по спине, прежде чем зарыться в сумку для гольфа и вытащить из неё мяч.
Группа перед нами направляется обратно к своему кару как раз в тот момент, когда папа, Брайант и его отец вместе с ещё несколькими друзьями моего отца нагоняют нас. Они заканчивали с десятой лункой в тот момент, как мы с Тайлером уже уехали к следующей.
— Я тоже был в баре прошлой ночью, после того как ушёл с приёма, — вклинивается голос Брайанта, отчего мне кажется, будто мои вены омыл лёд.
Смотрю, как Тайлер уходит к «ти» зоне, прежде чем снова заговариваю. По выражению глаз Брайанта, понимаю, что он, наверное, видел меня там с Рейвен. Скрестив руки на груди, как могу пытаюсь придать себе расслабленный вид, хотя внутри у меня такое ощущение, будто сердце сгорает от паники, закипающей в груди.
— Серьёзно? Не видел тебя. Надо было подойти, поздороваться — выпили бы вместе.
Он расплывается в самодовольной ухмылке и, наклонившись ко мне, произносит:
— Честно говоря, я так и собирался сделать, но потом произошло кое-что очень безумное.
Я вскидываю брови к безоблачному небу, силясь изобразить спокойствие и искреннее любопытство.
— Да? И что же?
Подражая мне, он скрещивает руки на груди и бросает взгляд назад, где стоит мой отец и его друзья, попивая напитки, пока ждут своей очереди, после чего возвращает своё внимание ко мне.
— Ты сидел у бара и обнимал Рейвен. И поначалу я подумал, что, возможно, это ничего не значит, но потом увидел, как она забирает кусочек лайма у тебя изо рта. Назови меня психом, но насколько я знаю, так себя не ведут два человека, ставшие сводными братом и сестрой всего несколько часов назад. Если только ты не из леса какого-нибудь захолустного городка, наверное.
Уверен, я выгляжу так, будто нахожусь в нескольких секундах от того, чтобы выблевать все внутренности и вырубиться на том же месте, где стою.
Блядь. Чёрт! Я знал, что глупо терять бдительность. И теперь из-за этого мы в полной жопе.
Мне никогда не стоило флиртовать с Рейвен, как я флиртовал прошлой ночью на публике. Вдобавок, накануне вечером я поцеловал её на тротуаре сувенирного магазина. Слишком много рисков. Я не думал — был излишне наглым, как всегда. А теперь Рейвен придётся иметь дело с последствиями. Не сомневаюсь, что Брайант кому-то расскажет.
Пытаюсь скрыть тот факт, что психую, и машу девушке, работающей на гольфкаре с напитками. Мне отчаянно нужно пиво. Есть похмелье или нет.
— Ты видел двух друзей, выпивающих в баре. Ничего больше.