— Ты… — голос срывается, — сожрешь меня?
— Не пойми неправильно, не интересуюсь трупами, — он хмурится, а потом переводит взгляд на девушку.
— Тогда могу идти?
— — Ты не труп ве… ох, точно, — он рассеянно дернулся, — но пока ты можешь говорить, то мы будем часто видеться. — И Самара тут же закрыла рот руками, чтобы случайно чего не сказать.
Они опять замолчали. Теперь тишина была более спокойной. Пеннивайз задумчиво шел, а она смотрела на клоуна. Его действия были неожиданными, странными и нелогичными. Буквально врага в логово свое тянет, что за глупость!
Они вышли в более просторное помещение. Тут было больше мусора, но меньше воды. А еще дезориентирующе темно. И, к несчастью, Самара была нечувствительна. Ее тело мертво и никакие касания этого не изменят. Однако его руки девушка чувствовала слишком хорошо. По шуму, которые издавал клоун, Самара поняла, что они прошли где-то до середины зала и остановились.
— Ты ведь сбежишь?
— Да, — не задумываясь, Самара дала ответ, что был, пожалуй, слишком быстрым.
— Тогда отпускаю. Заглядывай почаще.
Она услышала плеск от своего падения. Правой рукой прикоснулась к предплечью, где он ее держал, после того, как ребро сломал. А когда услышала удаляющиеся шаги, то глубоко вдохнула. Сколько же лет она не вдыхала воздух? Она бы еще раз хотела почувствовать эти прикосновения, этот воздух.
— Что же происходит, — она сильнее сжала бледную кожу. Может она еще почувствует его?
— А ты, я вижу, уже скучаешь и уходить не спешишь? — насмешливый голос был где-то рядом. Справа или сзади?
— Я уже ухожу, — прошептала она, но с места не сдвинулась.
— Ты же можешь просто переместиться, — она готова была поспорить, что он ухмыльнулся. Слишком голос довольный.
— Не получается.
— Врешь.
— Не хочу.
— Почему?
— Не знаю.
— А честно?
— Не скажу, — ответ получился совсем тихим, девушка больше напоминает одну из его жертв, которую он долго и постепенно загонял в угол, а теперь прижимает ее к этому же углу.
— Я могу к тебе прикоснуться? — он не хотел спугнуть свою гостью.
Она теперь слишком важна. Но она лишь отпрянула. Глупая, он же сзади. Ты пытаешься убежать, но инстинктивно бросаешься в его руки. Она бы бросилась в его объятия, но это было бы слишком хорошо. Она боялась почувствовать, очень боялась. А он это знает.
— Я лишь воображение, — чуть погодя начала Самара, — даже если сильно захочешь — выдумка, ненастоящая. Пустышка.
Вокруг были люди, но я давно не из их числа. Я лишена всех прав. Я — невидимка
— Возможно, я скажу, что этот мир тоже иллюзия. Что ты теперь скажешь?
— Чудовище.
— Всего лишь слово.
— Это неправильно, — предприняла последнюю попытку.
— А людей убивать правильно, так еще и благородно? — более раздраженно сказал он.
— Я не хочу этого делать…
И снова молчание. Они просто признали все, однако, что делать, не знали. Все было слишком запутано и слишком интимно. Такие личные темы они не смели затрагивать. Эта спонтанность была слишком странной, теплой, нестабильной.
Где-то вдалеке послышался шум. Дождевое эхо пронеслось по всему комплексу канализации. Самара хотела выдохнуть, но не смогла, ведь она столько времени не дышала. Уже и забыла, как это — дышать.
Клоун стоял осторонь и безумно смотрел на девочку. Ее тело — не мертвое, живое — привлекало его. Он хотел заполучить ее всю, но почему-то мнение этой девчонки было важнее. И только это его останавливало. Необычно. Так хотелось прикоснуться, но она неприкосновенна. Самара подняла голову, свои длинные пряди волос она собрала и придерживала сзади. Девушка пыталась найти его, но было понятно, что в этой темноте видит только Пеннивайз. Ее тонкая шея была еще бледнее, чем остальное тело. Теперь он видел ключицы, и это в нем разогревало просто невыносимую злобу. Он не мог дотронуться. Однако неаккуратная буковка «П» все еще была на месте.
— Ты все равно меня не увидишь, — он сделал шаг и увидел, как она дернулась, посмотрев в его сторону. Такие карие глаза… — не зрением, так слухом?
— Не хочу быть в проигравших.
И она исчезла. Он переступил черту. Он сделал несколько шагов и засмеялся. Интригующе.
========== 5. Неаккуратный вырез ==========
Комментарий к 5. Неаккуратный вырез
1.”Да восстанет Бог, и расточатся враги Его, и да бегут от лица Его ненавидящие Его. Как рассеивается дым, Ты рассей их; как тает воск от огня, так нечестивые да погибнут от лица Божия.” - это перевод к молитве изгнания. Или шо. Я тоже умничать хочу.
2. Как же это смущающе. Вродь только обжималочки, а у меня уже фантазия: “И уносит меня, и уносит меня…”
Чорт.
3. Возможно, глава вышла чуть позже (через пару недель). Она была бы, пожалуй больше, но сегодня я старею, а вам вот - глава. Настроения вам)
4. NB. ПБ открыта, комментарии - пожалуйста. NB
5. И да, я оборзел.
Снова кровь. Аккуратное движение и все — мертв. И никто не узнает, кем же был преступник. Возможно, обвинят бедолагу, которому фортуна не светила никогда в жизни. Люди несправедливо судят и осуждают, заставляя в это верить, сожалеть. Эгоцентрично выставляя себя на аукцион «недосягаемых», люди превозносят собственное эго выше остальных сородичей. При этом, такие же, как он, в тоже время другие. Недостойные, животные и прочее. Конечно, это неотъемная часть человеческой иерархии. Однако «недостойные» продолжают переходить дорогу «сильным мира сего». И тут возникает конфликт: так кто же слабее? Одни давят деньгами, могуществом, другие силой и ненавистью. Так кто же сильнее? Тут и думать не нужно, даже дети знают, что прав победитель. Увы, но в этой игре победивших нет. Есть те, кто одолел врага в поединке, но окончательного ответа… Впрочем, интересно же наблюдать за этим.
Самара посмотрела на девушку, что вжавшись в угол, с ужасом глотала слезы. Она была красивой, живой, не такой, как она — мертвое создание. Немного подумав, девочка медленно приблизилась к жертве. Резко схватив ту за горло, она подняла ее. Внезапный приступ агрессии начал подступать, прибавляя силы. В мысли влез клоун, резко, без предупреждения. Разозлившись еще сильнее, Самара услышала хруст, а потом посмертный звук, который было сложно охарактеризовать. Белая пена смешалась с кровью, бледная кожа жертвы была намного светлее ее собственной. Это нормально, да?
— Как некрасиво-о, — сидя на подоконнике, Пеннивайз махал ногами и внимательно следил за девушкой.
— Она не жалуется, — тихо возразила Самара, отпуская тело, что глухо упало на пол.
— Если бы она начала жаловаться, то я бы действительно уверовал! — притворно-восторженно ответил клоун.