– Легион для меня закрытая тема, – сказал он достаточно твердым голосом. Асраил улыбнулся и погасив вопрос или сомнения в своих глазах, погрузился в себя.
“Легион был бы хорош, если бы каждая его операция не требовала такой длительной процедуры планирования и одобрения. И если бы он действительно карал преступников, а не просто спасал людей, жизни которых грозила опасность. И ведь какая мощная логистика, поддержка, новейшее оборудование, самые последние технологии, прекрасно подготовленные, опытные и сильные духом бойцы, и все это разбивается в простой приказ – никаких жертв среди людей, включая противников. Вы лишь идентифицируете объекты, выводите их из-под огня и покидаете место операции. Никаких боестолкновений. Никакого возмездия. Ответный огонь только в крайнем случае, если большая часть отряда подвергается опасности уничтожения. Вашу мать, хреновы бюрократы. Попробуйте спасти кого-то под шквальным огнем. Не стреляя в ответ… Это, конечно, свято и благородно – спасти гражданских, похищенных и истекающих кровью, кричащих от боли и отчаяния. Но ведь упустить бандитов, членов какого-нибудь картеля или группировки, которые потеряв одних кандидатов в покойники, сразу же приступят к поиску других, было просто глупо”, – думал Закария, понимая, что он вновь погрузился в свои воспоминания.
И Закария однажды нарушил приказ. Но это давняя история, и достаточно печальная и сейчас, погружаясь в атмосферу нового задания, дух которого нисколько не напоминал миссии по спасению, проводимые Легионом, думать о которой совсем не хотелось. Хорошо бы узнать, на кого реально работает Легион, кто числится в составе учредителей этой частной военизированной структуры, армии, которая уклоняется от прямых столкновений с реальным и самым опасным противником. Наверняка, какие-то доброхоты, ангелы во плоти, моралисты элитарии, до которых каким-то чудом достучались родные и близкие жертв. Или не чудом, а благодаря немалому вознаграждению. Ведь операции стоили дорого, и содержать Легион могли только очень обеспеченные люди. Или какой-то влиятельный комитет, в состав которого до недавнего времени входил и Асраил. Да, он тоже ушел из него, окончательно разочаровавшись в его способностях и желании карать виновных. И в ответ, учредил собственную миссию – набирающую обороты армию одного бойца и нескольких вспомогательных единиц, отвечающих за поиск и определение местоположения убийц и насильников, похитителей и садистов, военных преступников и откровенных палачей. Как и всю логистику и вспомогательные службы – такую важную деталь этого механизма, выездную бригаду, которая могла быстро развернуться и начать действия в любом новом городе или другом населенном пункте. Даже врачи, водители и детективы, все входили в команду Асраила. Даже врачи…
– А кстати, что за капсула была у твоего доктора? Он загрузил меня в нее и все мои травмы, повреждения и порезы каким-то чудом испарились. Исчезли. Интересно, как ты получил такую уникальную установку, – произнес Закария, трогая себя за голову, и не нащупывая никаких следов сильнейшего удара, которым его наградили вчера ночью. Ни следов шишки, ни порезов, ни шва, который бы ему наложили на рану.
– Капсула? – Асраил посмотрел на Закарию так, словно он пришел к нему в гости домой и намеревался помыть свои ноги в его раковине на кухне. – Боюсь, тебе это почудилось. Ты же был под действием наркотиков, а они вызвали у тебя ряд сильнейших визуальных и тактильных галлюцинаций. Да и возможно, удар не был так силен. В общем, не ожидай от меня и моих людей чудес, не все можно вылечить и поправить, полежав в какой-то волшебной капсуле.
Закария покачал головой – что ж, действительно, часть вчерашних событий явно ему пригрезилась, и очевидно, его противник не нанес ему уж очень серьезных ран или увечий. Кое-что дорисовало его воображение, подстегнутое этим препаратом, подлитым ему в чай. Он только слабо надеялся, что все же тот мужик с дубинкой реально представлял угрозу не только для него, но и для тех двух парней. Не зря же он его так отделал…
– Не зря, все не зря, мой друг, – произнес Асраил неожиданно бодрым и злым голосом, словно отзываясь на его сомнения и разрушая их. – Ты не зря ушел из Легиона, не зря стал работать со мной, не зря вчера пытался спасти чьи-то жизни. Все что ты испытал и сделал, все не зря, это самое ценное, что человек получает в свой жизни – опыт.
Вдруг он подмигнул Закарии и сказал ему негромко, стараясь не смотреть на новых посетителей кафе, которые появились в нем с наступлением ночи.