Легионеры в блиндаже чувствовали себя как куски мяса, которые запекают в сковороде, предварительно обернутые фольгой. Они успели отпрянуть от бойниц, но все же их лица, особенно Такахаси и Закарии слегка опалило огнем. Они легли на пол, подальше от амбразур, и лежали так, усиленно потея от жара, который проникал до самых костей.
Патрик обратил внимание, что обогреватель в их блиндаже вышел из строя, но внутри было так жарко, что он мог смело скинуть свою куртку. Так что Закария был прав – стоило дождаться очередной атаки и всем сразу проняло. Даже лед на полу, растаял – да, местами под их ногами прощупывался то ли застывший снег, утрамбованный их ногами, то ли самый настоящий лед. Но теперь под их ногами была земля. Оттаявшая и весьма грязная.
– Обгорели! – Власта испуганно посмотрела на лица пулеметчиков, которые с покрасневшими физиономиями усиленно моргали опаленными ресницами и осторожно открывали рот и двигали челюстями – кожа на их лицах словно застыла и утеряла свою эластичность. Она быстро достала из внутреннего кармана своей куртки небольшую сумочку с косметикой и другой продукцией для дам, включая всякие лечебные и омолаживающие средства. Которыми ее щедро снабдила Соледад, уверив, что что-нибудь из этого арсенала ей обязательно понадобится в скором времени. Власта достала трясущимися руками крем от ожогов и мазала им лицо Закарии. Он изумленно смотрел на нее, но она не обращала на это никакого внимания, властно, но все же осторожно удерживая его за затылок. Как-никак, у нее было особое задание – следить за жизнью и здоровьем этого легионера. Потом она также нанесла крем на лицо Такахаси, и он блаженно улыбался – боль уходила, и кожа вновь возвращалась в свое естественное состояние и была приятно увлажненной.
К их счастью, обстрел прекратился, и они вернулись к бойницам, а Патрик опять убедился в том, что их видная легионерша неравнодушна к Закарии. Чтобы это значило? Намечается служебный роман? Снаружи еще местами полыхал огонь, но вести бой в таких условиях было уже приятнее. В довольно узкий коридор между скалами, поперла, наконец, вражеская пехота и Закария с любопытством и даже с тихой радостью осматривал их ряды в бинокль. Обычные бойцы, светлый зимний камуфляж, привычные ручные пулеметы и штурмовые винтовки в руках. Продвигаются вперед короткими перебежками, ложатся с размаху в снег и прикрывая своих, идущих вперед, вновь поднимаются и проходят примерно такое же расстояние. Они с Такахаси выразительно переглянулись и передернули затворы своих стальных механизмов, несущих смерть всему живому. Пока живому.
– О’Брайен, ты спросил, боимся ли мы? –Закария повернул слегка свою голову вправо, найдя взглядом глаза рыжего легионера. Который застыл возле Власты, застолбив за собой одну из щелей между мешками и пристроив там свой автомат. Патрик удивленно посмотрел на ветерана и кивнул головой – тот угадал его смешанные чувства. Бояться ли ему, или просто жать на курок, забыв про то, что он мог бы в данный момент находиться где-то в другом, более безопасном месте. Не таком обреченном.