В то время как Асраил высматривал в бинокль, или своим шестым чувством искал расположение в лагере их бывшего родственника. Как очередной сомнительный клад. Одну палатку, в которой Кадавр мог располагаться, он нашел. Она напоминала шатер, и была намного выше и шире других, была более крепкой и основательной. И что очень показательно, абсолютно черного цвета. В отличие от других палаток, которые маскировались под сугробы. Он передал бинокль Ангелле, и она сразу нашла этот шатер, от которого исходила хорошо ощутимая черная и страшная сила. Предчувствие грядущего ужаса и возмездия.
– Возможно, возможно… – она задумчиво отозвалась на предположение Асраила и на его красноречивый взгляд, и вновь брала в руки винтовку, с глушителем, с помощью которой она прикрывала саперные работы двух легионеров. Она видела, как они слаженно и быстро устанавливают заряды, и детонаторы, и как они, закончив, уже двигались осторожно обратно к скале, где их ждали Ангелла и Асраил. Они очень быстро, на одних руках поднялись по тросу, благодаря своей отличной физической подготовке. Да, Закария был признателен своему другу. Который не дал ему скиснуть в камере, и все время изматывал его тренировками. Зато теперь он был готов к любым испытаниям. Ну, почти к любым. Несмотря на чисто служебный характер их разговора, он чувствовал очень сильное волнение, общаясь с Ангеллой. Все таки он попал под ее чары. Он околдован ею, и она чувствовала его странное состояние, но словно не обращала на это особого внимания.
Они уже поднялись и устроились рядом со своими командирами, и Ангелла опять указала Закарии на место рядом с собой. Он прилег рядом, а она умудрилась выдвинуться немного вперед и заглянуть ему в глаза. Вот это взгляд… Его пробрала дрожь.
– А у тебя изменились глаза… вернее, их цвет. Когда ты смотрел на меня, лежащую в Мини, глаза у тебя были абсолютно черные. Будто кто-то выжег тебя изнутри. Или ты сам поджег и уничтожил все хорошее в себе. А сейчас твои глаза светло карие… Мне нравится.
Он удивленно слушал Ангеллу, которую, к его удивлению, цвет его глаз занимал больше, чем их предстоящий бой. “Женщины…”, – подумал Закария,и удивился этому, но ведь Ангелла прежде всего, была именно женщиной. Красивой, сильной, умной, уверенной в себе, заботливой. А уже потом воительницей и его командиром. Так что… А Ангелла продолжала, правда она теперь смотрела в бинокль, и Закария направив свою оптику в том же направлении, увидел тот самыймрачный и наводящий тоску шатер. Или большую палатку. На которую неотрывно смотрел Асраил в свой бинокль. Закарии казалось, что Асраил увидел главную цель в своей жизни. Так он был очарован этой палаткой. В то же время, он был в ярости – его пальцы так сильно сжимали бинокль, что оптика в ней трещала и трескалась.
– Я теперь всегда буду смотреть тебе в глаза. Проверять твое состояние… Чтобы знать, что ты натворил, и встал ли ты на путь исправления…
Ангелла тем временем слегка придвинулась к нему, и его обдало жаром. Такая от нее шла волна. То ли тепла, то ли какой-то неведомой ему силы. Иэнергии. “По крайней мере, стало тепло”, – думал он, смотря на Такахаси, который ежился на холодном снегу. А Ангелла лежала рядом с Закарией явно довольная, словно она наконец-то получила все бонусы и компенсацию, за свою вредную работу по спасению ее семейки.
– Ну, все, дорогая сестра. Это точно Кадавр, – тихо промолвил Асраил, не обращая никакого внимания на влюбленный трепи странное поведение своей сестры. Она,смутившись, взглянула в бинокль и увидела их родственничка. Да, это точно был он. Бинокль в ее руках тоже заскрипел. Окруженный целой свитой, скорее всего телохранителей в черной форме, и парочкой советников. А может быть, это были те самые псы, которых он привел с собой на Землю из глубин космоса.