Он решил быть повнимательнее, и не терять бдительность. Закария отужинал в небольшом уютном ресторанчике при отеле и теперь отдыхал в своем номере, сидя на полу возле кровати и бездумно переключая каналы спутникового телевидения, смотря рассеянным взглядом на экран сильно вытянутого по горизонтали телевизора. Он только завтра ждал звонка от человека Асраила, который должен будет отвезти его к оружейнику, и пока просто наслаждался отдыхом.
Сам отель располагался в старинном здании, постройки XVIII века, как прочитал он в буклете, который взял на ресепшене у милой девушки в уютном холле. Ему нравилась эта старина и он жалел, что, например, в Алма-Ате, как он называл по старинке Алматы, безжалостно сносят исторические здания, заменяя их бездушными, ничего не значащими ни для жителей, ни для истории или облика города бизнес– центрами или точками общепита. Отрезая все путы и следы, которые ведут к колыбели и источнику города, его истории, делая его таким однотипно современным и унитарным. В Праге же бережно сохраняли и с умом и деловым подходом использовали все сооружения и здания, которые делало облик города, его сущность такими оригинальными и незабываемыми.
Он отвлекся от этих грустных мыслей и взглянул на стол, на котором лежали паспорт и другие документы. Как и другую логистику, аусвайс ему предоставлял Асраил, и этот был новым, свеженапечатанным. Как-то он рассказал Асраилу, что в детстве любил смотреть по телевизору на бойцов японского бусидо, и тот с тех пор ненавязчиво демонстрировал, что помнит про тот вечер. Имя в паспорте почти совпадало с именем одного из героев бусидо – НабухикоТакада Младший, и он согласно данным паспорта, был американцем японского происхождения. Да, на японца он в какой-то мере походил, особенно когда держал в руках холодное оружие. Китано бы оценил эту шутку, подумалось ему. Да, Такахаси, его друг, а вернее, брат по оружию, тот самый легионер, который вывел людей с площади того проклятого города и повел их за собой, через тот рукотворный ад. И хотя Китано, почти никогда не брал в руки холодное оружие, его взгляд был таким же острым, как отточенное лезвие катаны – самурайского меча.
Но он, уже забыв про то мачете, которым он снес голову По, все держал в своих руках паспорт, и удивлялся, каким настоящим и оригинальным он выглядел, словно один из домов, который быстренько построили на месте срочно и без лишнего шума снесенного исторического здания. Да, очевидно от исторических параллелей ему не уйти сегодня. Он прикрыл окно и выключив телевизор, прилег на полу, вспоминая тот вечер, когда Асраил появился в отеле George's, в котором он тогда работал.
Он устроился и проживал в Альберте, в одной из десяти англоязычных провинций Канады, в небольшом городе, с таким же малочисленным населением. Постояльцев у них всегда хватало, что из Южного Онтарио, что с других регионов Канады, и, конечно, с самих США. Туристов привлекали Национальные парки и скалистые горы Альберты, поглазеть и побродить по которым они прибывали в любое время года. Он и сам выбирался несколько раз туда, чтобы оживить в памяти воспоминания о горах вокруг Алматы, и ему казалось, что их Тянь-Шань был намного внушительнее и величественнее, что по высоте, что по уровню энергетики, который они хранили в себе.
Старик Джордж, хозяин заведения, был суровым и трудно привыкающим к новым людям человеком, который со временем надеялся передать управление гостиницей и магазина, принадлежавшего ему, своему сыну. Но сын был достаточно непутевый и разбитной парень, который в свои почти тридцать лет предпочитал общество таких же гуляк, и они с большей охотой проводили почти все свое время в местных кабаках, накачиваясь там скотчем и текилой.
Познакомились они так –Закария ехал по дороге и увидел, что автомобиль, идущий впереди него, несется на скорости в направлении людей, стоявших на обочине. Это была мамаша со своим выводком – он разглядел, что там было двое детей и собака. И все они стояли спиной к дороге, делая совместное селфи. А машина, по какой-то причине, ехала без водителя. Он смог разогнать свой седан и подставил себя под удар, а в это время мать и ее дети уже с криками отбегали в сторону. Закария чувствовал, что ему и машине хорошо досталось – вся левая сторона машины была смята, особенно зад и пассажирская дверь были основательно повреждены. Как потом выяснилось, какой-то чудак, если не сказать больше, вышел из своей машины, решив заглянуть в банк, и оставил ее на крутом склоне, и даже не поставил на ручной тормоз. К Закарии, который морщась от боли, и держась за шею, уже подходил ехавший за ним водитель – это и был Джордж. Он назвал спасителя незадачливой семейки идиотом, и ворчал на него, осматривая его повреждения. Помимо смещения позвонков шейного отдела, у Закарии были царапины и синяки, а также много вытекшей крови, но все это быстро поправили в больнице, куда Джордж и сопровождал своего нового знакомого. И помог тому со страховкой.