– Полагаю, что всё же нуждаетесь, Олег Николаевич.
– Объясните?
– Непременно. Вы построили катер на подводных крыльях, внесли конструктивные изменения в котёл Ярроу, повысив его производительность в полтора раза, изобрели дымогенератор, парашют, трал охранитель, миномёт, метательную мину, противопехотную мину, ручную гранату. Я даже не берусь представить, сколько ещё сможете привнести в этот мир.
– Настолько верите в меня? – хмыкнул я.
– Я вижу в вас большой потенциал. Но даже если вы больше ничего и никогда не изобретёте, уже созданного вами хватит на то, чтобы обеспечить безбедную старость.
– И как я полагаю, не только мне, но и вам, – улыбнулся я.
– А вы готовы взвалить заботы о ваших детищах на свои плечи? – вздёрнул он бровь.
– Разумеется нет. Но вы частный поверенный, а не патентный. Насколько мне известно, это несколько разные области юриспруденции.
– Не боги горшки обжигали. Вы мой шанс вырваться из артурского болота, где я оказался в связи с трагическим стечением обстоятельств, и я не намерен упускать его, ибо вижу в ваших изобретениях большой потенциал.
– Вы позволите пригласить вас ко мне домой. Там мы могли бы поговорить более детально, – предложил я.
Было дело, пока находился на излечении хотел отправиться во Владивосток, чтобы найти поверенного и заняться патентами на все свои новинки. И нет, по поводу того, что по факту это не мои достижения совесть меня не мучала. В этот мир их привнёс я, и точка.
Но вырваться из Артура так и не получилось. Лечиться мне позволялось только в крепости, отбывать же куда-либо разрешение не давали. А сбегать в мои планы не входило. Поэтому отложил этот вопрос на потом. Тем более, что на жизнь мне много не нужно, прибыль же от патентов можно получить только планируя вдолгую.
Ну, а если упущу… Да невелика потеря. Я много ещё чего могу украсть, усовершенствовать или создать на основе имеющихся у меня знаний из будущего. Так что не жалко. Но коль скоро появился тот, кто сможет взвалить на себя эти заботы уже сейчас, то отчего бы и нет.
Когда пришли ко мне домой, Нина первым делом усадила нас за стол, благо время уже обеденное. И только после того как поели, мы уединились в рабочем кабинете. Поверенного у меня пока ещё не было, но необходимые чертежи и документацию я подготовил, поэтому мне оставалось лишь передать бумаги Кулагину. Тот наскоро просмотрел весьма толстую стопу бумаг, и удовлетворённо кивнул.
– Полагаю, что этого более чем достаточно для оформления привилегий. К тому же я посоветовал бы оформить соответствующие патенты не только в России, но и заграницей. Уверен, что ваши изобретения распространятся по миру. А уж после этой войны, так и подавно, – заверил Кулагин, пряча бумаги в портфель.
– Разделяю вашу уверенность. Вот, здесь пятнадцать тысяч рублей. Думаю, что этого с лихвой хватит как на оформление соответствующих бумаг, и для выплаты вашего гонорара, – положил я перед ним пачку из сотенных ассигнаций.
– Это более чем щедро, – заёрзал на стуле поверенный.
– Не переживайте, Павел Семёнович, это вовсе не значит, что я намерен лишать вас вашей доли от лицензионных отчислений. Не ради же разового гонорара вы решили взяться за устройство моих дел. Договор у вас с собой?
– Разумеется.
Он вновь полез в свой портфель и извлёк из него несколько листов бумаги. Я ознакомился с их содержанием буквально в течении минуты. Моя абсолютная память позволяла проделывать это без труда. Ничего необычного в пунктах предложенного договора я не обнаружил, но счёл нужным сделать одно уточнение.
– Внесите пожалуйста дополнительный пункт, согласно которого в случае моей гибели вы должны будете незамедлительно связаться с моей матушкой, которая наследует все права по привилегиям.
– Как прикажете, Олег Николаевич. Позвольте.
Он тут же вооружился пером и внёс дополнительный пункт, указав данные матушки реципиента. Война есть война, и я уже однажды едва не сыграл в ящик, так что страховка лишней не будет. В конце концов благодаря сыну этой женщины я получил ещё одну жизнь.
– Павел Семёнович, вы проживаете один? – спросил я, когда мы покончили с договором.
– С супругой. Дети слава богу уже взрослые и самостоятельные, – убирая бумаги, ответил он.
– Замечательно. В таком случае, собирайтесь и выезжайте в Мукден, Харбин или Владивосток, куда угодно, но только не затягивайте. Послезавтра из Артура отбудет последний пассажирский поезд с гражданскими лицами.
– А в чём дело? – снимая пенсне, в удивлении воззрился он на меня.
– Есть сведения, что послезавтра железнодорожное сообщение и телеграфная связь будут прерваны японцами.