Посадили меня в фургон. Ручка только снаружи...Пол резиной застлан. Скамейки нет. У окошка без стекла. Без стекла, но с решеткой окошко. Дышу напоследок вольным воздухом.
Подъехали к Финбану и остановились. Зачем это, думаю? Мочить будут? Так вчера оттянулись уже, и настроение у них было не то, как ехать собирались. И тут до меня доперло - кофе пошли пить на вокзал. Ох, думаю, Господи, сделай чудо. Спаси меня от ментов, от вшей, от соседушек по камере, от неволи спаси меня!
И вынул я образок, поцеловал его - и тут-то я ясно понял, что если увижу атеиста - просто посмеюсь над ним дураком. Просто поржу, и пойду дальше.
Образок на гайтане длинном, кожаном. Внутри ручки нет, а снаружи то вот она. Высунул я за решетку образок, раскачал, накинул на ручку - и открылась мне дверь на свободу. И вышел я, осмотрелся, и со слезами на глазах возблагодарил Господа! Кого на выручку мне послал! Не сошку мелкую, самого важного и занятого Ангела оторвал от дел, чтобы пьяницу и раздолбая из неволи выручить!
А помолившись, поднял я кусок кирпича, и слово на дверях написал одно, коротенькое- коротенькое. И иллюстрацию сделал.
Аудитория торжествует. С единственным критическим замечанием обращается к рассказчику член Клуба Александр Борисович "Ингер" Железнов.
- Что же ты, Мишель, от такого божественного порыва к такой гадости снизошел? Богохульство это!
- Ан нет, Ингер. Ан нет. К каждому месту надпись должна быть подобающая сделана. И иллюстрация - соответственно! Так вот!
Председатель растроганно обнимает Мишеля, стряхивает с глаза скупую слезу, садится на свое место и вдруг неожиданно объявляет заседание закрытым, объяснив это тем, что ему необходим кое что срочно обмозговать. Протокол вел секретарь Клуба Энди R.B.
--------------------------------------------------------------------------
ИСТОРИИ О НАКАЗАНИИ ЗА РАЗГИЛЬДЯЙСТВО, КОТОРОЕ НЕИЗБЕЖНО ДОЛЖНО ПОСЛЕДОВАТЬ
ПРИ СТЕЧЕНИИ ОПРЕДЕЛЕННЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ
ПРОТОКОЛ ЧЕТВЕРТЫЙ НОЧНОГО ЗАСЕДАНИЯ ЖИЛЬЦОВ ДОСТОСЛАВНОЙ АПТЕКИ ПЕЛЯ...до чего же достали все эти формальности. То же мне... Художественный при°м... Разве когда-то мы вели протоколы? Это же все я сам и придумал, кроме историй, конечно. Председатель тот же. Участники все те же. И что это я так пренебрежительно представляю читателям наших подруг?! Нет, конечно кто-то может назвать их безнравственными... А мы тогда какие? Ты ,коз°л, ты что-то вякнул, ты нас за кого держишь? А ну-ка закрой пасть! То-то. Все такие нравственные, пока жизнь не врежет по зубам, да чего там, некоторым и погрозить достаточно. Простите нас, Анна Михайловна, Женька- девочка, Полинка, Лилька, Светка-Амфибия, Дафна, Лесс... Да разве всех, перед кем виноват, упомнишь..
Все уже было. Но было и много хорошего. От этого вспоминать становится не так грустно...
ДОКЛАД ПРЕДСЕДАТЕЛЯ.
Уважаемые джентльмены и леди! Сегодня во время печени я пускал корни, есть такое древнее восточное упражнение, и никак не мог сосредоточиться. От этого всякая ерунда полезла ко мне в голову, и я понял, о чем хотел бы услышать сегодня. Только не спешите меня перебивать, спорить со мной - или, того хуже, утешать. Мы живем, как законченные разгильдяи.
Не то, чтобы подумалось мне что-нибудь новое, но я долго думал, как нас всех назвать одним словом, ведь, безусловно, есть между нами что-то общее. Волосатыми нас всех не назовешь - взять к примеру, Кренделя... Ну-ну, не обижайся ты... Я тоже лысею. Я и себя имел в виду. Тусовщики - тоже не все - ибо кое-кто приходит сюда просто ради общения, а на тусовку и носа не кажет, да-да, есть и такие, не будем переходить на личности...Что нас роднит - мы все оттяжники. А еще - мы все рас... Пардон, раздолбаи. Я не к тому, что слово хотел плохое сказать, я н ханжа, но вдруг кого-то это покоробит. Я ведь о присутствующих говорю. И задумался я глубоко и грустно - а ведь за это все придется однажды... Как любит наш уважаемый Мишель цитировать: "Веселися, юноша, во дни юности своей... но помни." Вот я и вспомнил. И решил немедленно обсудить это с вами, услышать что-нибудь о подобных ситуациях, когда приходится платить за свое раздолбайство, или разгильдяйство - это интеллигентно говоря. Протокол, все таки...
Раздается неуверенный голос из угла: "А можно я расскажу одну историю? Я тут человек новый, но историю одну знаю, очень подходящую к случаю..." Аудитория одобряет и ободряет новичка : "Да что ты, прямо как не родной!", "Ты не робей! Сядь на пол, пей водку, ешь сало, трави анекдоты - будь проще и люди к тебе потянутся. Это Цезарь сказал!" Это явно Мишель проснулся. Слово берет таинственный гость.
РАССКАЗ БАРАБАНЩИКА БИЛЛА ПРО ОДНОГО ПОМОЩНИКА ОФИЦИАНТА, КОТОРЫЙ ПОСТРАДАЛ ИЗ-ЗА СОБСТВЕННОЙ НЕВОЗДЕРЖАННОСТИ НА ЯЗЫК .
Сейчас я выгляжу более-менее по-человечески, но год назад вы бы меня не узнали... И дело тут в том, что социальный мой статус сильно изменился. По мнению коллег я просто накрылся медным тазом. С работы ушел. А работа у меня была весьма и весьма престижная, и чем дальше - тем престижнее становилась бы она день ото дня, останься я на своем месте. Я по профессии основной - музыкант. Драммер я. Но это я теперь снова драммер, и был когда-то драммер, но ряд обстоятельств - чуть ли не главное из которых банальные корыстные интересы, превратили меня из драммера в лабуха, а потом - в халдея. В официанта, то-есть.
Официантом быть непросто, но приятно. Главное - заводишь связи. Связи в этом мире - первое дело. И они у меня были. Другое дело, что подлость этой профессии вот в чем - уходишь с работы ты, и связи уходят от тебя. Вот теперь я музыкант. Драммер. Жрать только до сих пор хочется. Как сейчас помню - уволился я, пришел с работы домой - и ощутил забытое чувство захотел жрать. Так с тех пор и не могу наконец, наесться. Но что я все о себе.
Официантом я был хорошим. Хороший официант чем отличается? В счет - то, что заказано, только то, что заказано, и именно то, что заказано. И без вопросов - сдачу до копейки. Свое взять ты должен уметь, не вызывая отрицательных эмоций у клиента. Вежливость - само собой, но без "чего изволите?!" - во- первых, самому противно, а во-вторых, работает только на совсем вшивую публику. Ну, есть еще много профессиональных тайн и секретов, но о них надо просто отдельную книгу писать.