Ненавижу гада! Из-за него вчера я убежала в полотенце и не вернула его на место.
Выпускаю пар, бесшумно покричав. Вытираюсь старой футболкой. Быстро облачаюсь в свежее, выглядываю из уборной – Игнат ещё спит!
Так же тихо крадусь к столу, нет-нет, да и поглядывая на бессовестного соседа. Он уже успевает перевернуться на спину, но свои причиндалы благоразумно прикрывает смятым одеялом.
В рюкзак складываю конспекты, а когда медленно тяну молнию, взгляд касается компа. Закрыт. Не помню, чтобы его закрывала. У меня дурная привычка оставлять ноут открытым.
Взгляд перескакивает на доску, куда вынесла итоговую формулу своего проекта, время от времени размышляя, что дальше. Замечаю подушку на полу. В углу... мерзкую морковку, которую даже не помню, кто подарил. Спартак вроде...
Что здесь случилось?!
Кидаю подозрительный взгляд на Игната, сердце пропускает удар – сосед глядит на меня одним глазом. С ленцой... да насмешкой.
По мне тотчас прокатывается волна жара и жгучего стыда, словно подловили на запрещённом и очень интимном.
- Я тебя ждал чуть раньше, - голос сонный, чуть с хрипотцой.
- С чего бы это? – радуюсь, что мой звучит ровно и даже холодно.
- Ночь. Мы устали... Комнату делим.
- Мы её не делим! – отрезаю спокойно. – Ты её оккупировал.
- Хорошо, - соглашается буднично Игнат, подгребая медведя под голову.
На миг засматриваюсь: такой... милый, взлохмаченный, родной и уютный... прям тошно.
– Ночь. Мы устали... Твоя комната... Почему даже не попыталась её отвоевать? – очаровывает бархатным тоном.
- Спасибо, нет желания лишний раз пересекаться, - раздражённо фыркаю, - ты и без этого достаточно нагадил!
- Ир, - поднимается на локтях Игнат. Шумно зевает: - Принимай участие в фарсе, и быстрее избавишься от меня!
- Я и так избавлюсь, - демонстративно отворачиваюсь и выхожу из комнаты.
О том, что в стирку грязные вещи не забросила, вспоминаю запоздало, уже спустившись в зал.
– Ой... – бегу по лестнице обратно. Распахиваю дверь в комнату. Игната нет... Дёргаю ручку в ванную – закрыто.
Ну вот, совсем стыдно становится. Бли-и-ин, ещё не хватает, чтобы Игнат потом видос по универу пустил, как у меня в уборной нижнее бельё валяется, пусть и в корзине, но ведь на виду.
- Игнат, - жалобно стучу в дверь, скребу когтями: - Игнат...
- Ирк, - звучит пугающе вкрадчиво голос соседа, – хочешь секса?
- Н... не-е-ет, - обрывается мой.
- Тогда считаю до трёх, и если ещё будешь в комнате, я тебя трахну. Раз! – Вздрагиваю, как от выстрела. - Два...
Запинаюсь о порог комнаты, выбегая так быстро, что даже не думаю её затворить. Сердце испуганной ланью мчится вперёд меня.
Игнат
- Три! – распахиваю дверь. Ох, как надеюсь, что чёртова падучая болезнь и на этот раз сыграет против Ирки. Но нет...
Нет Королька! Упорхнула птичка...
Сбежала, как от чёрта!
Вообще-то правильно. Меня надо бояться. Я ведь... плохо собой управляю последнее время. Вот и сейчас меня потряхивает от желания и притока неуправляемого адреналина. Словно извращенец-фетишист, что от вида женских трусиков впадает в неописуемый восторг и готов стонать от прилива жуткой похоти, а потом ещё мордой уткнуться в кружево и кончить, как заправский задрот...
Бл***.
Да! Я фрик, страдающий по бабскому белью.
Одна мысль, что этот кусок ткани был на Корольке, заводит не на шутку, а кровь в жилах разогревает до адского пекла. Дикая, безумная мысль не только коснуться, но ещё и ощутить запах, сводит с ума...
Я сексуально-озабоченный маньячелло.
Дыхание прерывается. Сердце грохочет, руки дрожат, тянутся к трусикам....
Я реальный маньячелло!
Хочу Ирку до скрипа зубов – пах давно сводит от боли, в глазах мутно.
Хочу!
Никого так не хотел! И даже больше – хочу её попробовать. Лизнуть... пригубить... словно она – терпкое вино, сладкий мёд... Наконец впиться, словно вампир, дорвавшийся до источника питания. Всадить язык так глубоко, чтобы Королёк орала от оргазма. Чтобы билась и металась подо мной...